— Да-да, — сказала я, указывая на нее в ответ, а затем бросила на пол мою карточку с персонажем. — Я – горничная, не убийца. Присмотритесь к садовнику. Вполне уверена, он виновен.

Тринити разгладила свое платье, снова удивив меня куда меньшей реакцией на нападение, чем ожидалось.

Блять, эта женщина меня пугала.

Ее глаза следили за мной до выхода из комнаты. Все остальные четыре парня уже теперь стояли рядом с дверью, наблюдая.

— Это было прекрасно, — пробормотал Оскар, когда я прошла мимо него. — Она будет умолять Офелию о Викторе уже утром.

— Отлично, — сказал Вик, засунув сигарету между губами, пока я шла к парадной двери, внезапно отчаянно желая убраться нахрен из этого дома и подальше от этих людей.

А я-то думала, что Кали и Митч были плохими.

Джеймс aka Джимми и Тринити в миллион раз хуже.

— Значит таков был твой план? — спросила я Вика, поворачиваясь, чтобы посмотреть на него, и почувствовав, как на меня нахлынула волна облегчения. — Завести меня, чтобы это выглядело реально?

— Если мы легко примем их сделку, то будет выглядеть, что мы совершенно несерьезны. Им нужно увидеть какое-то сопротивление перед тем, как мы сдадимся, иначе они будут чересчур подозрительны, — объяснил Вик, когда Хаэль направился вперед, чтобы открыть нам дверь.

Я взяла свой телефон по пути, а потом остановилась, взяв весь поднос.

— О, как жестоко, — сказал Кэл, когда, уходя, мы взяли телефон каждого человека на этой чертовой вечеринке.

— Даже не представляешь, — сказала я, смотря на Вика.

Он смотрел прямо на меня, но я не могла понять: было ли облегчение, которое я чувствовала, преждевременным или просто правильным. Этот парень станет моей погибелью, подумала я, когда остановила Хаэля как раз перед тем, как открыть мне дверь машины, залезла внутрь и бросила телефоны на пол в своем собственном варианте приступа гнева.

Казалось, Хаэль точно знал, как подбодрить меня, заводя Файрберд, а потом повел машину медленно и приятно мимо блестящей поверхности Майбаха.

Джимми сидел на переднем сидении и кричал на кого-то по телефону. Черт. Значит мы не взяли его в качестве улова. Хаэль протянул мне ключ, и я без лишних вопросов знала, чего он хотел от меня.

Я опустила окно и высунулась наружу, царапая ключом по длине машина Джеймса, когда Хаэль надавил на газ и мы на высокой скорости проехали мимо, выезжая через уже открытые ворота в конце дороги.

— Могу я переночевать у тебя? — спросила я Хаэля, спустя пару минут после нашего возвращения в дом Аарона.

Везде было тихо и темно, свет выключен и все готовы ко сну. Девочки все еще были дома у няни, и я на самом деле могла взять перерыв от Виктора. Он уже ушел в хозяйскую спальню и снял свою обувь, поэтому я поняла, что он планировал провести ночь здесь.

Хаэль остановился, чтобы оглянуться на меня через плечо, ключи сжаты в его правой руке. Он потянулся к двери, чтобы уйти. Вполне уверена, я только что остановила его на полпути.

Я подняла бровь.

— Что? — спросила я, положив руки на бедра и удивляясь. — Не хочешь меня там видеть?

— Я никогда не говорил такого, — начал он, замолкая, и нацепил улыбку, которая не отражалась в его глазах. — Вик знает, что ты уходишь?

Я покачала головой.

— Нет, но я скажу ему, — ответила, голос был куда более самоуверенным, чем я на самом деле себя ощущала.

Сказать Виктору, что я хочу уйти и провести ночь у Хаэля, не слишком его обрадует. Я прикусила ноготь большого пальца, и, клянусь, почувствовала кровь. Нахмурившись, высунула его изо рта и оглянулась на дверь хозяйской спальни.

Сейчас она была открыта, а Вик стоял в тени и смотрел на меня.

— Чего тебе? — спросила я, и услышала, как он издал звук разочарования, что-то среднее между смехом и фырканьем.

Он направился по коридору, и я почти вздохнула, когда его лицо вышло из тени и увидела в его в легком лунном свете, проникающем сквозь раздвижные двери. Снаружи жесткими, серебряными волнами шел ливень.

— Ты хочешь поехать домой к Хаэлю? — спросил он, снова смеясь и качая головой, а потом прошел мимо меня. — Тогда иди. Я тебя не остановлю. Уже объяснил тебе свою позицию.

Я почувствовала, как моя губа изогнулась в нахмуренности, а челюсть сжалась.

— Разве не ты говорил, что никогда не согласишься на фиктивный брак? Что предпочел бы умереть? — огрызнулась я в ответ, и Вик застыл прямо между кухонным островком и холодильником.

Он взглянул на меня.