Приближающиеся шаги должны были бы меня немного успокоить, но нет. А все потому, что я знаю: истории, ходившие по нашей округе в последние годы, не выдумка. Все, что я слышала о Томми Наварро, — правда на сто процентов. Но что отличает его от Вина, так это то, что один из них — дьявол, которого я знаю, в то время как другой остается полной загадкой — посторонний, которого я не могу контролировать, чьи действия не могу предсказать.

Резкая команда, произнесенная по-испански, заставляет рычащего пса подчиниться. Затем следует короткая пауза, во время которой я представляю, как Томми смотрит в глазок, прежде чем отпереть, судя по звуку, штук десять запоров. Затем наконец дверь распахивается.

Его любопытный взгляд останавливается на мне; Томми определенно озадачен, но, думаю, понимает, что дела, скорее всего, плохи, раз я пришла сюда.

— Черт, Малышка Руиз. Давно не виделись, — поддразнивает он, проводя зубочисткой по губам.

Он окидывает меня оценивающим взглядом, на секунду задерживаясь на моей плохо забинтованной руке. Я не объясняю, что эти раны я нанесла себе сама — разбила зеркало в приступе ярости после встречи с Вином, — а Томми и не спрашивает. Вместо этого он просто прислоняется к дверному косяку, и на его лице расцветает все более дьявольская ухмылка.

Я терпеть не могла, когда меня называли Малышкой Руиз, даже когда мы с Рикки были вместе. Теперь кличка бесит меня еще больше, ведь все, включая Томми, знают, что мы давно расстались.

— Блу, — вздыхаю я. — Меня зовут Блу. И всегда звали.

— Ага, как скажешь. Ты плакала или типа того? Дерьмово выглядишь.

Давненько мне так сильно не хотелось ударить кого-нибудь по яйцам, но да, вот оно, знакомое желание.

— Мне нужно одолжение.

— Эй, притормози-ка, — смеется он. — Одолжения делаются бесплатно. За все, что я могу предложить, придется заплатить. Ты это знаешь.

Я уже не раз убеждалась, что Томми — тот еще засранец. Таким он и остается. Я все больше осознаю, что допустила ошибку, придя сюда.

По выражению моего лица он, скорее всего, понимает, что мне совсем не смешно, поэтому закатывает глаза.

— Расслабься. Я шучу. Говори, что тебе нужно, и я отвечу, сколько это будет стоить. А после, надеюсь, я смогу вернуться на диван и досмотреть шоу.

Я снова бросаю взгляд через плечо, пытаясь убедиться, что меня не заметили.

— Здесь? — спрашиваю. — Разве мы не можем поговорить внутри? Я бы предпочла, чтобы соседи меня не видели.

Когда я заканчиваю говорить, его улыбка становится шире.

— Не уверен, заметила ли ты, но я уже внутри. Так что наш разговор — твоя проблема, Малышка Руиз, — говорит он с коротким смешком. — Но ты давай, поторопись. Я же сказал, у меня куча дел.

Томми был придурком, даже когда в свое время тусовался с Рикки и Хантером. Но потом вдруг стал настолько самоуверенным, что они больше не смогли его выносить.

— Мне нужно… совершить покупку, — выдавливаю я из себя, зная, что слово «одолжение», по его мнению, не совсем подходит.

Он с любопытством приподнимает бровь.

— Какую покупку?

— Ту, с помощью которой я смогу защитить себя и свою сестру. И… патроны были бы кстати, — добавляю я, слыша, как голос дрожит при одной мысли о том, что я собираюсь сделать.

— А, понятно. — На его лице снова появляется дерзкая улыбка. — Это как-то связано с той фоткой, которую только что выложила Пандора?

— Что за фотка? — Мое сердце учащает бег.

— На которой ты выходишь из внедорожника Голдена. Ты не первая, кто хотел бы пристрелить этого ублюдка.

Он смеется, но мне совсем не до шуток. И когда снова звонит телефон, я не удивляюсь, что на этот раз обо мне вспомнил Рикки. Очевидно, я узнаю новости последней. Пандора уже разболтала о моей встрече с Вином.

Что ж, вот тебе и план — тихо раствориться в ночи.

Дерьмо.

Меня настолько сильно охватил страх, а мысли метались в тысячиразных направлений, что я даже не подумала о том, что кто-то из приспешников Пандоры мог за мной следить. И это еще одна причина, по которой меня здесь быть не должно.

— Просто… забудь об этом.

Я говорю это уже на полпути вниз с крыльца. Меня накрывает сожаление: зря я вообще вспомнила о Томми. Да, у меня есть все основания бояться Вина Голдена, но если я что и узнала об этом городе, так это то, что под вездесущим взглядом Пандоры секреты не уберечь.

— Я отложу одну вещичку, которая тебе может подойти, ведь, нравится тебе это или нет, Малышка Руиз, но ты вернешься, — кричит мне вслед Томми.

Я не отвечаю. Он смотрит, как я быстро, пробираясь сквозь снег, удаляюсь прочь по тротуару. А все потому, что в глубине души я почти уверена, что он прав.

Братья и Джосс подъезжают сразу за мной, когда я притормаживаю у обочины перед домом Саутсайд. Я едва успеваю перестроиться на парковку, когда в зеркале заднего вида появляется третий свет фар. Я различаю силуэт синего маслкара. Тот факт, что я его узнаю, просто бесит.

Рикки.

Ну естественно, мать его.