«Но это же Нолон», – отметила я и все же подняла щиты, терзаемая чувством вины за то, что вообще позволила им упасть. Я продолжала надеяться, что наступит обещанный Ксейденом момент, когда щиты станут моей второй натурой, но пока что мне приходилось прилагать усилия, чтобы просто удерживать их на месте.

– Нолон? – У меня челюсть отвисла, когда я увидела, как сильно похудел восстановитель. Его кожа висела столь же свободно, как и его черная форма, а когда он попытался мне улыбнуться, в его глазах отсутствовал обычный блеск.

– Вайолет. Рад тебя видеть. – Нолон покосился на Ксейдена, заметил, как тот покровительственно обнимает меня за талию. – Вы остановились, потому что полагаете, будто я собираюсь причинить вред юной девушке, которую я лечил последние шесть лет, Риорсон? Или вы считаете, что никто не знает, что вы двое проводите вместе каждую свободную минуту своих увольнительных? Заверяю вас, я бы никогда не подверг жизнь Вайолет опасности, и все уже знают.

Я высвободилась из хватки Ксейдена.

– Почему ты стоишь посреди коридора? Ты выглядишь так, будто того и гляди рухнешь без сил.

«О, а у тебя сегодня для всех наготове комплименты».

Мне определенно требовались щиты получше, если уж Ксейден так легко их преодолевал.

– Кое-кого жду. – Нолон поскреб отросшую за несколько дней щетину. – И, полагаю, отдых мне не повредит. Это очень тяжкий труд – восстанавливать душу. А я занимаюсь этим уже несколько месяцев. – Уголок его рта приподнялся в улыбке, но я не смогла определить, шутит он или нет. – У тебя все в порядке? Я что-то не припомню, чтобы меня в этом году вызывали восстанавливать тебя.

– Я в порядке. Разве что вывихнула плечо пару недель назад и… – Я не знала, правда ли Нолон так близок к Варришу, как предполагали мои друзья. Эта мысль заставила меня остановиться и не упоминать о выгорании. – И мне очень хорошо удавалось следить за коленями. Сломанных костей тоже нет.

– Хорошо. – Нолон кивнул. Дверь за нашими спинами открылась. – Это хорошо.

– Я здесь! – Мимо нас пронеслась Кэролайн Эштон. – Простите за опоздание.

– Пунктуальность ценится, – наставительно произнес Нолон и повернулся ко мне. – Окажи нам обоим услугу и оставайся целой, Вайолет.

– Обязательно, – пообещала я.

Кэролайн мельком глянула на меня, после чего они оба исчезли в лазарете, и дверь тихо закрылась за их спинами.

– Что-то она не выглядела пострадавшей, – заметила я, когда мы снова двинулись в сторону Архивов.

– Не выглядела, – согласился Ксейден. – Должно быть, навещает другого кадета из Первого крыла. А вот Нолон выглядит так, словно сам вот-вот выгорит. В последнее время повреждений было больше обычного?

– Я ничего такого не слышала. Ридок думает, что они используют Нолона для допросов. – Я скорчила гримасу. – Но я не могу понять, шутит он или нет. С Ридоком никогда не поймешь.

– Хм, – вот и все, что он ответил, пока мы шли по туннелям, направляясь к самой нижней точке Басгиата. Чем глубже мы спускались, тем прохладнее делался воздух и тем больше в груди росла горечь потери.

– О чем ты думаешь? Ты как-то притихла, – заметил Ксейден, когда мы миновали лестницу, ведущую наверх, к главному зданию.

– Ни о чем.

– Ты не можешь требовать от меня неодносложных ответов и не давать их мне самой.

Справедливо.

– Мой отец любил это место. Он пришел в восторг, когда мою мать перевели сюда, ведь это означало, что у него появится полный доступ к Архивам. – Я улыбнулась от воспоминания. – Ему нравилось поддерживать записи и библиотеки на тех форпостах, где мы были расквартированы, но для любого писца это место – вершина карьеры. Это их храм.

Мы сделали последний поворот, и в поле зрения показалась дверь в Архивы. Круглый вход диаметром в три метра охранял один-единственный писец – кадет Нася, спящий на своем стуле.

– Хорошо защищенный храм. – Ксейден наградил соню презрительным взглядом.

– Пообещай, что будешь вести себя хорошо. – Я сжала его локоть, показывая, что не шучу. – Она – мой старый друг.

– Как и Аэтос.

Я прищурилась.

– Если она – настоящая подруга, ей не о чем беспокоиться.

– Слушай, если бы она хотела меня сдать, она бы сделала это еще в прошлом году, когда я попросила «Сказки Пустошей», – сказала я, когда мы вошли в Архивы.

– Ты попросила что? – Он закатил глаза и глубоко вздохнул.

Архивы снова были пусты, хвала Зинхалу, потому-то Есиния и выбрала субботы.

– Перед тем как Мира дала мне эту книгу в Монсеррате, я попыталась запросить ее здесь. Тогда я не думала об этом как о чем-то запрещенном. Но никто не показался у меня на пороге. Никто не уволок меня в подземелье и не оттяпал голову. Потому что. Мы. Подруги.

Ксейден ничего не ответил. Показалась Есиния. Подойдя ближе, она явно растерялась и замедлила шаги, переводя взгляд с меня на Ксейдена и обратно.

«Он со мной», – знаками показала я, пытаясь улыбнуться.