– У нас с тобой явно разное понимание слова «насладиться». – Ксейден указал на разбросанные вокруг меня книги.

– Не совсем. – Я быстро пробежала страницу глазами и переключилась на следующую. – Думаю, мы могли бы прекрасно насладиться друг другом, проведя весь день в постели, но поскольку ты обозначил границы, то вот она я, сижу тут в окружении скучных, несексуальных книг.

– Скажи эти три коротких слова, и я раздену тебя в считаные секунды! – Он посмотрел на меня с таким пылом, что у меня перехватило дыхание.

– Я хочу тебя. – Весь день. Каждый день.

«Это не те три слова, что я имел в виду. – Ксейден хорьком проскользнул в мои мысли. – И почему ты без щитов?»

– Что ж, зато эти три слова ты получишь без полного разоблачения. – Я отвела взгляд в сторону. – И здесь кроме нас никого нет.

– Хм… – Он наградил меня взглядом, значения которого я не смогла расшифровать. – Я скоро вернусь.

– Не так уж ты и воняешь, – прошептала я. Мне не хотелось выпускать его из поля зрения даже на секунду.

– Сделай ко мне хоть шаг, и ты заберешь эти слова обратно.

Ксейден ушел, а мне пришлось прикладывать все силы, чтобы сконцентрироваться на книге, а не на мысли о том, что он сверкает голым задом где-то неподалеку.

Мне нужно было лишь искренне рассказать ему о своих чувствах, и после этого я могла его заполучить. Его тело, по крайней мере. Но разве это не было всем, что я имела раньше? Какая ирония, моя собственная правдивость могла избавить меня от страданий, когда я так жаждала его откровенности. Полагаю, в этом мы с ним были похожи: оба жаждали большего, чем был готов рискнуть другой.

Несколько минут спустя Ксейден вернулся обратно, и комната тут же стала меньше. А может, дело было вовсе не в нехватке воздуха – может, это сердце мое забилось чаще, и мне стало труднее дышать.

– Быстро ты! – Я успела прочитать только двадцать или около того страниц, но не стала даже пытаться спрятать те две книги, которые мне нужно было вернуть. Едва ли он сможет понять, какие из них мои, а какие я одолжила. Чем меньше мне придется скрывать, тем лучше.

– Я мог бы придумать множество инсинуаций, но воздержусь. – Ксейден запихнул грязные шмотки в рюкзак, уселся в кресло и наклонился вперед, опираясь локтями на колени. Затем он подобрал с пола одну из книг. – Откуда у тебя столько? В прошлом году их было меньше.

– В основном из моей старой комнаты, еще до поступления в академию. – Я просмотрела очередную страницу и вздохнула. Эта книга в основном содержала сфокусированные на писцах истории о Великой войне, причем весьма сильно отредактированные. Лишь один пассаж расплывчато касался обнаружения возможности расширять поле действия чар. – Я упаковала их еще до парапета и думала, что мама отправит их на хранение. Однако она оказалась более сентиментальной, чем считали мы с Мирой. Книги остались там, где я их и оставила. – И это было удивительное открытие. В моей старой комнате ничего не тронули, словно в любой момент ожидали моего возвращения. – Тебе действительно стоит поспать.

Есиния разозлится, если я пропущу нашу встречу.

– «Полковник Дакстон. Руководство по совершенствованию работы в квадранте писцов», – прочитал он на корешке.

– Она оказалась не такой полезной, как я думала, когда впервые открыла ее, – пошутила я.

– Я бы сказал, что нет. – Ксейден отложил книгу в сторону, а затем склонил голову набок и прочитал название той, что лежала передо мной. – «Путешествие Первых Шестерых, записанное с чужих слов».

– Да. – Пульс мой ускорился, а в желудке появилось то самое чувство невесомости, которое обычно возникало, когда Тэйрн резко нырял вниз. Мне следовало спрятать долбаные книги.

«А может, ты хотела, чтобы он узнал», – встрял Тэйрн.

«Иди займи себя чем-нибудь».

– Домашнее задание?

Я не ответила, и Ксейден нахмурился.

– Для исследования.

По какой-то причине, которую я сама не могла определить, я провела черту и не собиралась откровенно лгать ему.

– Что-то я ничего не помню о Первых Шестерых… – Ксейден вперился в меня прищуренными глазами. – Ты от меня что-то скрываешь.

Проклятье. Он знал. Или угадал. Это было быстро.

– Вайолет! – Он практически рычал. Он определенно знал. – Почему ты изучаешь Первых Шестерых?

– Для Аретии. – Я оторвалась от книги. В ней все равно не оказалось ничего полезного.

Ксейден сделал глубокий вдох, и тени полезли из-под стула, клубясь вокруг его ног словно темный туман.

– Но на самом деле для тебя, – тихо призналась я.

Он продолжал сидеть настолько неподвижно, что я даже не была уверена, что он дышит.

– Бреннан сказал тебе, что у нас есть камень чар. – Ксейден тщательно подбирал каждое слово. Тени задвигались, словно руки, – они собрали все книги, кроме той, которая лежала передо мной, и сложили их в стопки. – Я его на хуй убью.