– Лучше не тратить время зря и обсудить переговоры с Текарусом, раз уж все мы здесь. – Ульцес подчеркнуто внимательно взглянул на моего брата.

– Сегодня пришла депеша. Он хочет, чтобы мы пришли ему на помощь по первому зову, – сказал Бреннан. – Первыми вооружат приморские стаи грифонов, и он говорит, что позволит вернуть светоч в Аретию…

– Не позволит, – перебил Ксейден.

– …Если лично увидит, как колдует Ви, – договорил Бреннан.

– Похоже, пора искать другой светоч, потому что он встретится с Малеком раньше, чем с Ви, – сказал Ксейден тем спокойным ледяным тоном, которым говорил, когда не видел повода спорить. – Если только не хочешь распрощаться с сестрой навсегда. Он оставит ее при себе, как оружие. Мы оба это знаем.

– Я отговорю его от этой идеи, – пробурчал Бреннан с напряженным лицом.

– Если бы существовал другой светоч, думаешь, стали бы мы торговаться за этот? – парировала Килин.

– Тогда стоит предложить ему полный арсенал, потому Вайолет в переговорах не участвует. – В ответ Ксейден смерил ее твердым взглядом.

«Я не против полететь туда. – Наши плечи соприкоснулись, когда тропинка сузилась, а стенки каньона поднялись еще выше. – Вам это нужно».

«Я против. Ответ – нет. Всегда есть другой выбор».

Значит, хорошо, что у нас появятся чары. Это не решало вопрос с защитой Поромиэля – пока мы не построим новые, как Наварра, – но хотя бы здесь все будут в безопасности.

Футов через двадцать каньон открылся и вывел нас на круглую площадку, где легко бы поместился весь десяток наших драконов, и я тут же вскинула взгляд вверх, туда, где ряды рун вели к небу.

«Почему я никогда этого не видела сверху?»

«Очень старые и очень сложные маскировочные руны».

Всадники перед нами расступились, и я увидела камень чар. И у меня непроизвольно раскрылся рот, потому что… вау.

Переливающийся черный столб был вдвое выше Ксейдена, а обхватить его могли только все мы вдесятером, вытянув руки. В самом центре он имел по меньшей мере шесть футов в диаметре и был украшен несколькими кругами, расположенными друг в друге. И в каждом виднелась какая-нибудь руна. Почти тот же узор, что и на страницах дневника Уоррика.

Я подошла к ним, запоминая каждую деталь.

– Это оникс? – спросила я Ксейдена. Столб был огромен. Слишком тяжелый даже для дракона. Наверняка его вырезали прямо в этом месте.

– Точно неизвестно, но мой отец считал, что это отполированное железо, – ответил он.

Железный дождь. У меня екнуло сердце. Значит, все правильно. У нас будут чары.

– Давайте закончим с этим. – Голос Ульцеса раскатился по залу, отражаясь от высоких каменных стен.

– И что именно мы делаем, чтобы заполучить чары? – спросил Боди, вставая рядом со мной, пока все выстраивались полукругом возле камня.

– Секундочку. – Я достала из внутреннего кармана летной куртки дневник Уоррика и открыла на странице с переводом, после чего подняла глаза и сверила рисунки. У Уоррика символ был немного другим, но руны находились в тех же положениях, а это уже хороший признак. – Поехали. «И мы собрали шесть самых могущественных всадников поблизости, – начала читать я, – и совместили кровь жизни шестерых и один и зажгли камень в железном дожде». – Я оглядела собравшихся. – Шестеро, – показала на камень, – и один.

– Хочешь, чтобы мы пролили кровь на камень чар? – спросил Феликс, подняв серебристые брови.

– Просто рассказываю, как это сделали Уоррик и Первые Шестеро. – Я подняла дневник. – Если только тут нет кого-то, кто лучше знает старолюцерийский.

Все промолчали.

– Вот именно. – Я опустила голову и прочитала перевод до конца.

– По нашим расчетам, – сказал Бреннан, потирая ладони, чтобы согреться, – шестеро самых могущественных всадников в Аретии – это Ксейден, Феликс, Сури, Боди, Вайолет и я.

– Похоже, родословная все-таки о чем-то говорит, – отметила Сури.

– Согласно Уоррику, Первые Шестеро пролили свою жизнь… – начала я. Ко мне резко повернулись все головы. – Не думаю, что это означает смерть, – быстро уточнила я. – Очевидно же, что все шестеро выжили после того, как выстроили чары вокруг Басгиата. – По площадке отчетливо разнесся вздох облегчения. – Если повезет, хватит простого пореза на ладони, потом приложить руки к камню – и будут у нас чары.

– Под железным дождем, – медленно произнес Боди.

Сури достала нож:

– Тогда поспешим.

Все шестеро подошли к камню, а я убрала дневник за пазуху.

– Где угодно? – спросил Боди, опуская свой нож к самой ладони.

– В дневнике не уточнялось. – Бреннан провел своим кинжалом по ладони, потом прижал руку к камню, и мы все последовали его примеру.

В моей груди росла надежда вместе с биением пульса, и я зашипела сквозь зубы от укуса боли. Рана тут же налилась кровью, и я прижала ладонь к камню вместе с остальными. Он оказался холоднее, чем я ожидала, тепло быстро вытекало из руки, пока кровь бежала вниз по блестящей черной поверхности.