Я обернулась, наблюдая через плечо, как персонал расстилается в любезных предложениях перед постоянными клиентами. Они так усердно прыгали перед посетителями, что были похожи на шимпанзе, сбежавших из зоопарка. В красных и теплых тонах интерьера, с расставленными повсюду статуэтками петушков и картинами на стенах, маленькое кафе должно было выглядеть по-домашнему уютным, но для меня все это было чуждым. Казалась, что в любой момент фигурки петушков могут ожить и накинуться на меня, выклевывая мне глаза. Это убивало неспешную атмосферу ланча.

Я раскрыла незнакомке сердце, и все что она могла сделать в ответ — просто таращиться на меня.

— Я могу одолжить ваш телефон? — мой голос дрогнул, а глаза были наполнены слезами. Я нервничала, потому что так близко находилась к свободе.

Женщина неуверенно кивнула, явно не совсем понимая меня. За прилавком я увидела телефон и потянулась за ним, наклонившись над тарелкой с рогаликами и кексами.

Руки дрожали, и дурное предчувствие отозвалось ощущением мурашек по позвоночнику. Пальцы зависли над кнопками набора экстренного вызова, но я не смогла их набрать. Вначале мне нужно услышать другой голос.

Я набрала номер, который знала наизусть, и из глаз потекли слёзы, когда пошло соединение. Звонок шел вечность. Пожалуйста, ответь. Пожалуйста, будь живым.

Женщина нахмурилась и исчезла в дальнем конце ресторана, потом вновь появилась в присутствии повара. Они оба были одеты в желтую униформу с белыми передниками, и на лице у них было одинаковое «что за черт» выражение.

Я подпрыгнула, ожидая, когда нас соединят. Мое время заканчивалось.

Привет, вы позвонили Брэксу Клиффинстоуну. Я не могу взять трубку, но вы знаете, что делать. Оставьте свои координаты, и я вам перезвоню. Или, если это вопрос жизни и смерти, пожалуйста, позвоните моей девушке, Тесс, и она поможет вам. Ее номер: 044-873-4937. Пока!

Бииип.

Что-то надорвалось в моей груди. Я так давно не слышала собственного имени. Понимание того, как голос Брэкса произносит его, лишало меня сил дальше вести борьбу, словно я превратилась в послушную маленькую девочку, которой была до поездки в Мексику, до Кью, до того момента, как узнала на что я способна.

Всхлипывая, я сломалась. Голос Брэкса окружил мое сердце, отдаваясь в нем грустью. Почему он не поднял трубку? Он погиб или просто занят? Так много вопросов, но на них не получить ответов от глупого аппарата.

Сглотнув слезы, я пробормотала:

— Брэкс, это я. Я... я жива. Меня продали мужчине по имени Кью. Мне не причинили боль, и я направляюсь домой. Если ты получишь это сообщение, то я буду в посольстве Австралии, надеясь решить проблему с паспортом и всем остальным.

Я сделала глубокий вдох. Я хотела так много ему рассказать: насколько я изменилась, через что мне пришлось пройти, но я бы никогда не смогла открыть ему, что сделал со мной Кью, пока не смогла бы до конца скрыть царившее в моем голосе желание. Брэкс обязательно бы догадался, что Кью возбудил меня, даже когда я лгала сама себе, что предпочитаю быть правильной. Я сожгла все мосты, показав Брэксу вибратор и умоляя его о большем.

Меня захватило отчаянное желание: я должна закачивать с телефонным звонком, время уходит. Я могла быть разбитой, но должна попытаться собрать себя заново, когда доберусь до дома.

— Брэкс, если... если я не вернусь домой, обещай, что найдешь меня у мужчины по имени Кью Мерсер, в небольшой провинции во Франции. У него большой дом и штат обслуги. Расскажи все полиции. Я люблю тебя.

Слезы потекли с новой силой, когда я закончила звонок и мгновенно набрала другой номер. Повар, руки которого были покрыты липким соусом и мукой, вырвал телефон из моих цепких пальцев

— Эй! — я уставилась на него.

Он покачал головой, сердито смотря на меня.

— Вы распространяете ложь. Я не верю...

Мужчина посмотрел в сторону. Дверь открылась, предупреждающе звякнув.

Я в ужасе повернулась.

О, мой бог! В дверном проеме стоял Франко, вытаращив глаза. На миллисекунду он застыл, прежде чем начать действовать. Потом потянулся к своему пиджаку, в поисках чего-то во внутреннем кармане. Что он искал? Пистолет?

Я не хотела узнать, что именно.

И побежала.

Пробегая мимо женщины и мужчины, я попала на кухню и мысленно поблагодарила Господа за то, что в ней был выход. Когда я толкнула ее плечом, дверь резко открылась.

Самая дальняя улица была моим спасением, я побежала максимально быстро, изо всех сил. Израненная щиколотка ныла от боли, когда я перепрыгивала через выступающие кирпичи, которыми была вымощена дорога, поворачивающая в другой проулок. Я петляла, пытаясь полностью затеряться, и надеясь, что Франко потеряет всякий ориентир.

Следующие за мной крики рушили все надежды. Я побежала быстрее. Я не могла вернуться обратно. Просто не могла. Кью накажет меня, и не знаю, сколько мой разум сможет еще ему сопротивляться. Скорее всего, у меня больше никогда не появится шанса на побег.

Меняя направление, я метнулась на главную улицу, выбегая из переулка на дорогу со встречным движением. Люди расступались, когда видели меня, бегущую со всех ног, тяжело дышащую и с бешеным взглядом.