Тогда, возможно, ты не будешь пытаться причинить мне боль.

Это было принятие желаемого за действительное, но, возможно, только возможно, это окупится.

Точно так же, как это случилось с твоим братом.

- Это что, какой-то трюк?

Я отрицательно покачала головой.

- Никаких ухищрений. - Потянув его за руку, я заставила его остановиться в центре лагеря. Здесь была большая костровая яма, а бревна служили сиденьями. - Тебе здесь нравится. Почему?

Его глаза потемнели, но он ответил:

- Потому что это далеко от Хоуксриджа.

- Тебе не нравится это место?

- Я никогда, бл*ть, этого не говорил. - Его гнев угас.

Я отступила назад, пытаясь читать между строк.

- Но ты предпочитаешь это место Хоуксриджу... почему? - Внезапно меня осенило понимание. - Потому что ты считаешь это место своим, а Хоуксридж - Джетро.

Его рука метнулась вперед, схватив за горло.

- Ошибаешься, сука. Хоуксридж - мой. Джетро мертв. Помнишь? Застреленный. Холодный и похороненный.

Я хранила свою тайну, в то время как мое сердце согревалось, купаясь в истине.

Он жив.

Обхватив пальцами его запястье, я держалась, пока он сжимал мое горло.

- Теперь он твой, если ты будешь вести себя хорошо и следовать тому, что говорит тебе Кат, конечно. Но что-то заставляет меня думать, что ты всегда была счастливее здесь. - Я склонила голову набок. - Почему? Может быть, потому, что оно далеко от Бонни? Не может быть, что потому, что Жасмин не приезжает сюда. Я не видела, чтобы вы общались, но она безвредна.

Как если бы

Жасмин приводила меня в ужас.

Он не ответил, оттолкнув меня и вытирая руки.

Я попробовала еще раз.

- Джетро страдал из-за своего состояния. Жасмин была инвалидом из-за чего-то, чего я не понимаю. Кеса терпели, потому что он поддерживал мир. Но ты... ты ... - я задыхалась. - Я знаю. Ты был ошибкой. Третий сын – запасной вариант при двух наследниках.

Дэниэль внезапно взорвался. Его ладонь ударила по моей щеке.

- Заткнись на*уй. Я. Не. Ошибка.

Я задыхалась от боли, борясь с океаном жара.

Он может ударить меня. Но он не мог этого отрицать. То, как он отреагировал, свидетельствовало о том, что это была правда. Сколько раз его так называли? Сколько раз это подрывало его место в семье и превращало в это злое существо?

Держась за щеку, я пробормотала:

- Я не говорила, что считаю тебя ошибкой. Я спросила, не поэтому ли ты предпочитаешь жить здесь. - Я потерла свою пылающую кожу. - Ты его ребенок. Как и все его дети. Нехорошо заставлять тебя чувствовать себя хуже, чем они.

- Прекрати этот чертов психоанализ. Ты ни хрена не понимаешь, о чем говоришь. - Снова схватив меня за запястье, он потащил меня к большому брезентовому шатру.

Я пошла с ним, а разве у меня был выбор? Но теперь у меня было более глубокое понимание моего заклятого врага. Его детская ненависть. Его неуправляемый темперамент. Может, у него и не было души, чтобы умолять, но когда-то...он умолял. Он был всего лишь ребенком. Нежеланный ребенок, который делал все возможное, чтобы его приняли.

Сходство с Джетро не ускользнуло от моего внимания. Единственная разница заключалась в том, что Джетро позволил себе наконец измениться, стать лучше...увидеть собственную самооценку.

- Это ведь не Кат сказал тебе первым, верно?

Я не могла заставить себя замолчать. Но, возможно, это мой единственный шанс понять Дэниэля настолько, чтобы победить его.

Он не обернулся, чтобы посмотреть, ускорив шаг.

- Заткнись. Прежде чем я заставлю тебя.

- Это была Бонни, не так ли? Она единственная, кто сказала тебе, что ты был ошибкой.

Что ты делаешь?

Мы прибавили шагу, и мои глаза стали искать пути к отступлению. Мы поднялись по нескольким ступеням в тканевую палатку, которая не выглядела как временное пристанище. Он была поглощена землей и стал частью ландшафта с уличными стульями, верандой, внутренней приемной, спальней и ванной комнатой.

Тяжело дыша, Дэниэль пригнулся и потащил меня вперёд по ковру, продвигаясь в большую спальню с альковами. Мой взгляд тут же упал на кровать.

Моё сердце громко стучало.

Дэниэль усмехнулся.

- Если ты хочешь задавать вопросы, сначала уясни гребаные факты. Да, я всегда знал, что я в полном дерьме, имея двух братьев. Да, я не был запланирован, и Кату было очень приятно сказать мне, что моя жизнь - это гребаный подарок и я должен быть благодарным. Но не поэтому он такой ублюдок.

Желая, чтобы между нами было хоть какое-то расстояние, я прошептала:

- Почему?

Дэниэль подошел ближе, прижимаясь своей грудью к моей.