Примерно в пятидесяти милях от Атланты солнце поднялось над горизонтом. Со светом пришел теплый воздух и приласкал мое лицо. Я перенесла вес на другое бедро и поудобнее устроилась между бедер Рорка, положив голову ему на грудь. Он вновь надел рясу, и ряд пуговиц впивался в мою щеку. Возле нас тихонько храпели Жорж и Таллис, свесив головы под неудобными углами.
Пальцы Рорка лениво расчесывали мои волосы, и когда я уже начала задремывать, шорох бумаги привлек мое внимание к передней кабине.
Джесси согнулся над картами и щурился в ярком свете заката.
— Док, тормози, — он показал на что-то слева. — Сворачивай туда.
Я слезла с Рорка и встала на колени между передними сиденьями, мой сонный голос звучал хрипло.
— Что ты видишь?
Темные круги окружали глаза Джесси, но его сосредоточенность не притупилась.
— Согласно карте, это должно находиться здесь, — он подался вперед, посмотрев на земляную дорогу, которая вела в плотные леса. — Свежие следы шин.
Трепет пронесся по мне, когда я заметила в грязи колеи разной ширины. Несколько автомобилей? Выжившие?
— Итак, мы последуем за ними.
— Это рискованно, — Мичио остановил грузовик и положил предплечье на руль. — Если там нимфа, ее могут охранять.
Потому что мужчина в грузовике — предположительно ее бойфренд или муж — мог оставить ее под опекой других.
Он опустил брови, и между ними залегла складка.
— Мы готовы к столкновению с вооруженными мужчинами, которые могут не обрадоваться встрече с нами? Может, послать пару человек на разведку?
— Мы будем держаться вместе, — я стиснула его бедро. — Мы не можем переговариваться, если мы разделимся, и в грузовике безопаснее.
— Мужчины столетиями сражались без раций, — парировал Мичио.
— Но они не сражались с тлей.
Их кошмарные когти могли пробить окна грузовика, но это замедлит их и даст нам время убить их.
На подбородке Джесси напряглась мышца.
— Я с ней согласен. Просто будь готов развернуться, док.
Мичио кивнул и поехал по дороге. Несколько миль мы петляли по лесам и выехали на широкое пастбище. Ворота лежали опрокинутыми, к ним все еще крепилась вывеска.
Пайн Маунтайн — сафари с животными. Только для персонала.
Волнение и страх взбурлили в моем животе.
— Дикие животные без присмотра, — я просканировала заброшенный ландшафт. Можно предположить, что животных сожрала тля, но на всякий случай… — Голодный лев может пробить ветровое стекло?
Рорк наклонился поверх моего плеча, царапнув щетиной мое лицо, когда он поцеловал меня в щеку.
— Нет, если мы убьем его первыми.
Убивать его было бы жалко. Кто знает, сколько видов тли съели и полностью истребили?
Мичио ехал по следам через равнину. Посреди высокой травы он остановил грузовик и наклонился через руль, всматриваясь в местность перед нами.
На горизонте виднелись одноэтажные бетонные здания. Отваливающаяся краска. Разбитые окна. Клетки, отделенные от этих одиноких построек. Но никаких зверей. По крайней мере, не таких, которых можно ожидать от заповедника диких животных. Клетки кишели тлями, все они были заперты внутри, цеплялись за решетки и желали выбраться.
Полоска синевы промелькнула между двумя заборами из сетки рабицы. Не успела я и глазом моргнуть, как она пропала.
— Вы это видели? — я показала туда.
Рорк протянул бинокль поверх моего плеча. Джесси настроил его и осмотрел лагерь.
— Синяя рубашка. Темная кожа. Похож на человека, — сквозь его зубы вырвалось шипение. — Дерьмо, он побежал.
Я выдохнула.
— Он нас увидел? Мы погонимся за ним?
Джесси передал бинокль Мичио.
— Он мог пойти за подкреплением. Мы не хотим его напугать. Пусть они придут к нам.
За пределами грузовика кузнечики скакали в пушистой траве. Джесси поглаживал большим пальцем тетиву лука. Мускусный запах встревоженных мужчин заполнил кабину.
Мгновение спустя в моей груди заискрила дрожь, протянувшись и распространившись по животу.
— Там… там что-то.
Джесси резко повернулся, и щетина на его подбородке отливала рыжинкой в свете солнца.
— Выражайся конкретнее.
Мичио поднял бинокль, навел его на клетки.
— Тля, Иви?
Я закрыла глаза и мысленно просмотрела реакции своего тела, сосредоточившись на странном ощущении. Невидимые импульсы стежками прошлись по моей коже и свернулись внутри, столкнувшись и образовав узел враждебности в моем животе. Магнетические усики потянулись от этой свернувшейся энергии, устремившись наружу и распрямляясь.
Я открыла глаза.
— Тли на один час от нас. Они идут.