И сексуальностью. Боже мой, я никогда не устану пялиться на его задницу в этих тесных кожаных штанах, его накаченные ноги, обхватывающие черный отполированный корпус и его огромные плечи, шириной почти как расстояние между рукоятями мотоцикла. Его тело было создано для этого байка.

Под слабым освещением уличных фонарей он и его байк были спокойной и загадочной командой, готовой действовать. С первого взгляда было тяжело сказать, где заканчивалось его тело, и начинался байк. От очертания его сильной спины под курткой, холма его бицепса, натягивающего рукав, до штанов, подчеркивающих размер и форму его достоинства между ног.

Мое тело знало каждый его дюйм. Воспоминание воспламеняло меня от того, как страстно его бедра двигались, когда он был возбужден, какими сладкими казались его губы, и каким полным он ощущался внутри меня.

― Ты пялишься, детка.

Его насыщенный, словно сироп, голос прозвучал через микрофон в моем шлеме. Он повернул голову в другую сторону, но я знала, что он наблюдал за мной с помощью камеры.

Неохотно я отвернулась. Как я могла не пялиться?

― Тяжело сопротивляться.

― Это мой член станет тяжелым, если ты не перестанешь.

Я содрогнулась и сделала глубокий вдох. Если бы он сказал это своим синтезированным голосом, я бы взобралась на его колени и разрушила всю иллюзию а-ля «я здесь, чтоб надрать твою задницу». Но он отключил искажение голоса так же, как и внешние микрофоны на наших шлемах, так что наш разговор не услышат.

― Как это возможно? ― я повернула голову настолько, чтобы видеть через боковой визор. ― До старта одна минута, а ты само спокойствие и хладнокровие.

Он расправил руки и выпрямился, потерев свои бедра руками в кожаных перчатках. Его визор был направлен просто на дорогу перед ним.

― Я готов обделаться от страха, ― Логан опустил сапог на землю и подстроился телом под байк. ― Я не знаю, что ждет нас на финише, но ты не можешь отклоняться от плана. Обещай мне.

План состоял в том, чтобы я следовала по карте к окружному аэропорту Дью Пейдж, и неважно, что случится с ним во время или после гонки. Я не улечу на самолете без него, но я буду следовать инструкциям лишь до точки отправления.

― Обещаю.

Линия старта направлялась вниз по скату на I-355. Наша гонка будет проходит по окрестностям города по всей длине трассы без поворотов. Логан спроектировал карту гонки таким образом, чтобы максимально минимизировать риск. Не будет темных аллей со спрятанными ловушками. Не будет резких поворотов для скольжения байка. Его рвение защищать меня, хоть и преувеличенное, согревало меня на самом глубочайшем уровне.

Мужчина с самыми широкими плечами и белыми волосами до плеч вышел на линию перед нашими байками.

Стоя на обочине возле нас, он опустил черный флаг к земле.

Мы ждали всего пять минут, но мои легкие выпустили огромное количество воздуха при виде флага.

Десятки людей собрались вокруг. Копы тоже скоро подъедут.

Имея карту, которая светилась на краю моего визора, я наклонилась вперед, взялась ладонями за рукояти и направила взгляд прямо.

― Включить тепловой визор.

Мир вокруг превратился в изобилие цветов радуги. Здания и улицы окрасились в зеленый и голубой. Красный и оранжевый был сосредоточен на лицах и двигателях ревущих мотоциклов.

Рядом со мной огненный силуэт Логан опустился на байк. Это было оно.

Стук моего сердца гремел, словно гром, когда флаг взметнулся вверх.

Я выжала газ и рванула вперед. Реактивный турбодвигатель взвыл, когда понес меня вперед с таким крутящим моментом, что у меня застучали зубы. Я достигла ста шестидесяти двух километров в час за три секунды, покрывая пылью все на своем пути.

Все, кроме Логана. Он держался возле меня, пока мы въезжали на склон и обогнул меня, когда мы влились в междугородний траффик.

Через шесть секунд мой спидометр показывал триста шестьдесят миль в час, и, поскольку больше не было пешеходов, о которых нужно было переживать, я прижалась пониже к бензобаку и выключила тепловой визор.

Машины и билборды смылись под черным небом. Ветер стучал по моей куртке и тянул за руки, пока я виляла по склону вниз, вливаясь и выходя из траффика. Адреналин обжигал артерии. Руки скользили в перчатках, а тело трясло от силы двигателя. Мое сердце упало куда-то в желудок. Чертовски невероятно.

― Черт возьми, Кэси. Придержи, блядь, газ.

Его голос звучал приглушенно от звука двигателя.

Он был прав. Если я буду придерживаться такой скорости, ему придется отскребать меня от асфальта, кусочек за кусочком. Я сбавила газ до двухсот восьмидесяти восьми километров ― скорости, с которой привыкла ездить на Дукатти, и сфокусировалась на пролетах между машинами в медленном потоке.

Картинка задней камеры показала, что он маневрировал позади меня. Его тело пригнулось так низко, что из-за аэродинамического защитного стекла были видны лишь его широкие плечи и шлем. Всего лишь восемнадцать километров до финишной линии, и мы будем на пути к нашему самолету, где я планировала обернуться вокруг этого тела на все десять часов полета.