— Все сходят с ума. Я позвонила папе, пока ты дышала в эту штуковину, и он, кажется, испугался. Мне кажется. Я не знаю. — Она почесала плечо. — Я никогда не видела ни его, ни Бастиана испуганными. Кроме одного раза.

Я кивком поблагодарила команду охраны, когда они закончили собирать свои вещи, вручили мне значок и ключ-карту и вышли. Я подумывала ответить на вопрос Тесси, но, опять же, это было не мое дело, поэтому я переадресовала его.

— Что случилось в тот раз?

— Это было несколько лет назад. Мой двоюродный брат взял меня с собой в наш домик в Большой Медведице. Снаружи была белка. Она выглядела голодной, поэтому я взяла немного еды с кухни и прокралась через заднюю дверь. Она убежала от меня, когда я попыталась ее покормить, и я погналась за ней. Я споткнулась о дерево и сломала ногу. Шел снег. Я была слишком далеко от дома. Я звала на помощь, пока не уснула. Когда я проснулась, я была в больнице. Папа, Бастиан и мама были в одной палате. Я давно не видела их в одной палате, но они все выглядели испуганными, пока доктор не сказал им, что со мной все будет хорошо.

— Тебе было страшно?

— Нет. Я не знала, что происходит, но доктор был прав. Все было хорошо.

— А сейчас тебе страшно

— Нет. Я не знаю, что происходит.

Я взяла ее за руки и опустилась на колени, так что мы оказались лицом к лицу.

— Хорошо. Я скажу тебе то же самое, что сказал тебе доктор. С тобой все будет хорошо. Неважно, что происходит в жизни, неважно, что ты сломала ногу и замерзла, неважно, что все вокруг ведут себя смешно, неважно, что ты чувствуешь в один момент, с тобой все будет хорошо. У тебя так много людей, которые любят тебя и хотят, чтобы ты взлетела, и ты самая умная девочка, которую я когда-либо встречала. Если с кем-то и будет все хорошо, так это с тобой.

Она обхватила меня за плечи и уткнулась носом в мои волосы.

— Это дядя Винс, не так ли?

Я отстранилась и изучила ее.

— Почему ты так думаешь?

— Он пробрался в папин дом после того, как Ашер женился на Люси. Он сказал мне, чтобы я никогда не боялась, потому что он всегда со мной, но сейчас его здесь нет. Сегодня утром я разговаривала с Бастиано, папой и мамой. Дядя Фрэнки и дядя Илай тоже мне звонили. Ашер и Люси сейчас с Бастиано. А где дядя Винс?

Мое сердце разрывалось от боли за маленькую девочку, которая никогда больше не проведет ни секунды со своим любимым дядей, которая не понимала, что последняя встреча с ним станет последним воспоминанием о нем, которая была слишком мала, чтобы испытывать такую боль в сердце.

Я подавила слезы, которые, как мне казалось, застилали глаза, и прошептала:

— Закрой глаза.

Она закрыла.

Я взяла ее за руки и крепко сжала их.

— Подумай о дяде Винсенте, обо всех любимых вещах, которые вы с ним делали, и о каждом воспоминании, которое он тебе подарил. Ты сможешь это сделать?

Я жалела, что у меня нет воспоминаний о матери. Хотя бы одно, чтобы согревать меня по ночам, когда я ворочалась и ворочалась, а моя жизнь казалась хаотичным беспорядком, который я не могла исправить. Любовь — это такая штука: больно, когда ее теряешь, но еще больнее, когда ее вообще нет.

Тесси кивнула головой, ее глаза все еще были закрыты.

— Да.

— Если ты сможешь удержать эти воспоминания и чувства, он всегда будет с тобой. — Мой голос сорвался.

Моя мама никогда не была со мной.

Тесси приоткрыла глаза.

— Обещаешь?

— Обещаю.

Мое сердце разбилось из-за нее, но оно разбилось и из-за меня.

БАСТИАНО РОМАНО

Городские огни оставили переулок за клубом нетронутым. В тусклом лунном свете я едва различала разбросанный мусор и сигаретные пачки. В углу притаилась черная кошка, но я не обратил на нее внимания, замахнувшись ногой на мусорный контейнер. Он не сдвинулся ни на дюйм. Боль пронзила мою ногу, и кошка бросилась прочь, словно даже она не хотела оставаться в тени вместе со мной.

Еще одно пустое место.

Еще одно место без Винсента.

И мое нутро — нутро, которое не желало молчать, — шептало: он уже ушел. Ты никогда его не найдешь.

Несколько недель назад Винс устроил Николайо на конспиративную квартиру, чтобы спрятаться от головорезов. На Николайо напали, и за некоторое время до того, как Винс пропал, он схватил его. Пытал его. Обвинил Винса в том, что тот выдал его местонахождение, а потом отпустил, когда тот понял свою ошибку.

А потом Винс исчез. Никаких следов.

Не совпадение.

Дядя Фрэнки ожидал, что все мы не будем винить Николайо, но я не мог. Я понял. Он совершил ошибку, и Винс простил его, так что мы тоже должны. Но мне было легче винить Николайо, чем себя, не понимая, почему мой родной дядя ушел. А мы знали, что он сбежал. Только он мог ускользнуть от своей охраны.

Голос Винса дразнил меня, а недосыпание впивалось когтями в мою голову.