Впустив себя внутрь, я обыскал каждый сантиметр. Под подушками. Матрас. В ванной. Вентиляционные отверстия. Все. И когда я ничего не нашел, я снова разнес дом, перевернув все вазы, опустошив холодильник, раскрыв диванные подушки и проверив бачок для воды в туалете.

Там, в бачке, лежала папка, запечатанная в водонепроницаемый пакет Ziploc. Я вытащил его из воды, стряхнул капли и достал папку. На вкладке было написано имя Грэма.

Я открыл ее. Капли воды попали мне на лицо, но я проигнорировал их, бегло просмотрев папку. Проверка биографии. Депикселизированная копия изображения, которое я отправил Джио на отрисовку. Квитанция о покупке телефона, который был куплен в квартале от дома Винса. Я прочитал остальную часть файла, проверил даты, затем прочитал еще раз.

Я отправил сообщение одному из людей Ашера, чтобы тот освободил Грэма и разобрался с ним.

Черт.

Винс собрал большую часть этого досье примерно через неделю после того, как я нанял Ариану. Винс знал, что Грэм не был кротом. Он подложил телефон в карман Грэма, а затем отправил Грэму сообщение через него во время его смены, чтобы я застал его с телефоном.

Он хотел, чтобы я думал, что Грэм — крот.

Почему?

Что, черт возьми, он задумал?

АРИАНА ДЕ ЛУКА

Сегодня Люси Блэк принесла обед с покрасневшими глазами. Она должна была быть на медовом месяце. А не рыдать в Нью-Йорке.

Я впервые встретила ее, и хотя мне понравилась ее личность, обстоятельства наложили тяжелую тень на обед. Тесси набросилась на макароны с омаром и сыром. Люси даже не потрудилась поесть, а у меня пропал аппетит еще на кусочке.

Единственное, что мне удавалось проглотить в эти дни, — это пакетики с соком, которыми я завершала ночь рядом с Бастиано. Его присутствие должно было сделать все еще хуже. Чувство вины за мой последний визит к Винсенту должно было сделать пребывание рядом с Бастиано невыносимым. Вместо этого каждый раз, когда он уходил на день, я жаждала увидеть его снова.

Проблемы.

У меня их было больше, чем у “Vogue”.

Когда она ушла, Люси поцеловала меня в щеку и сказала, что Бастиано повезло со мной.

Как будто я не была его Апатой.

Когда пришло время ужина, я решила, что Тесси много не съест, но я должна была хотя бы попытаться. Первые несколько дней после отсутствия Винсента она вела себя нормально, но когда прошла неделя, а ситуация не нормализовалась, она начала злиться на все подряд и ковыряться в еде, вместо того чтобы есть.

— Я приготовлю тебе лазанью. Люси дала мне рецепт.

— Я не голодна.

Она скрестила руки на своем месте на диване. Я не могла видеть ее лица из кухни, но представляла, как она дуется.

— Ты не завтракала и не обедала. Пожалуйста, съешь это.

— Нет.

Я подошла к ней и опустилась на колени перед ее лицом.

— Помнишь, я говорила, что все в порядке?

— Да. Ты солгала.

— Закрой глаза. — Облегчение охватило меня, когда она прислушалась. Я повторила слова, которые дала ей, когда ее дядя только пропал: — Подумай о своем дяде Винсенте, обо всех любимых вещах, которые вы с ним делали, и о каждом воспоминании, которое он тебе подарил. Сможешь ли ты это сделать?

Как и в прошлый раз, воспоминания о матери поглотили меня, только на этот раз было не так больно. Я была монстром, который исцелялся в доме Бастиана, пока его жизнь рушилась вокруг него. Осознать это было непросто, поэтому я отодвинула эту мысль на второй план.

Тесси кивнула головой, ее глаза все еще были закрыты.

— Да.

— Если ты сможешь удержать эти воспоминания и чувства, он всегда будет с тобой.

— Ты обещала в прошлый раз.

— Да, обещала.

Она приоткрыла один глаз.

— Ты обещаешь снова?

— Обещаю.

— Хорошо, я буду есть.

Я одарила ее своей лучшей ухмылкой.

— Хочешь помочь мне готовить?

Она кивнула головой, и я подняла ее и понесла на спине в кухню. Она была слишком высокой, но я все равно это сделала. К тому же все время, проведенное в ледяной смене, подготовило меня к этому.

Я заглянула ей через плечо.

— Ты можешь подрумянить мясо.

Она соскользнула с моих плеч, взяла маленький табурет и помогла мне перемешать мясо, и впервые за несколько дней в ее глаза вернулся свет. Мы обе слегка подпрыгнули, когда дверь открылась и вошел Бастиан.

— Все в порядке? — Мой взгляд метнулся к часам.

Шесть вечера.

Он пришел на десять часов раньше, чем обычно.

Он стянул с себя толстовку, бросил ее на барный стул и поцеловал Тесси в висок.

— Что вы, девочки, готовите?