А я был Де Лука. Это всегда будет преследовать меня? Нет. Я свергну своего отца и сделаю Де Лука именем, которым можно гордиться.

Я сел, подняв ее на руки.

— Очень скоро у моего отца больше не будет трона, и ничто не будет стоять на нашем пути.

— Обещаешь?

— Всегда.

Туман похоти заволакивал меня, но я знал, что чувствую. Я любил ее. Я чертовски любил ее.

— Мне повезло, что ты здесь. — Я закрыл глаза и расслабился, моя бдительность была максимально ослаблена. — Мне повезло, что они вмешались.

— Что? — Она увеличила расстояние между нами, и ее брови сошлись вместе. — Кто вмешался? Меня отправили сюда, — выдавила она. — Мой отец.

Вот дерьмо.

Я быстро протрезвел. Туман рассеялся, как дождь, льющийся на грязную машину. Я никогда не рассказывал о записках Благодетеля никому, кроме Крис. Кроме как сейчас, и я даже не знал, почему или кто послал ее сюда.

Ее глаза наказывали меня, угрожали последствиями, если я не расскажу ей правду. Я послушал ее, прежде чем сдаться, потому что да, я хотел, чтобы она мне доверяла.

— Твой отец не посылал тебя сюда.

Это было все, что я знал. Что она была отправлена сюда не просто так, не по воле отца. Я говорил ей правду, и мне нужно было, чтобы она мне доверяла.

Она покачала головой, ее лицо было решительным.

— Да, это так. Я была там, когда он сказал мне, что я должна приехать сюда. — Она выглядела разъяренной. Абсолютно взбешенной. Хотя я понимал, что нарушил ее доверие, я также понимал, что она любит меня. Должно быть, ее беспокоило что-то еще.

— Рыцарь…

Ее глаза метнулись в сторону, сфокусировались на тумбочке и вернулись ко мне.

— Расскажи мне все, что ты знаешь.

— Я не могу.

Я ничего не знал, а она мне не верила. Доверие строилось так долго, но оно ускользало так быстро, что я не успевал его поймать.

В горле у нее клокотало.

— Ты лжец.

— Принцесса, пожалуйста…

— Ты такой же, как и вся твоя семья. Как и твой отец.

Мои глаза вспыхнули, прежде чем я напомнил себе, что она просто злится. Она не имела в виду. Это пройдет.

Я погладил Рен по лицу.

— Ты злишься. Это нор…

Она толкнула меня, и я лег на спину, а она нависла сверху.

— И ты предал меня. Знай… — Она подняла колено, больно прижав его к моему члену, ее грудь прижалась к моей, а губы коснулись моего уха, когда она заговорила. — Если когда-нибудь мне представится возможность предать тебя, я воспользуюсь ею. Если жизнь предоставит мне шанс уничтожить тебя, я это сделаю. Сегодня. Завтра. Через десять лет. Я всегда буду жаждать мести. А ты никогда не перестанешь оглядываться через плечо.

А потом она сбежала.

Она покинула Девилс-Ридж.

Она оставила меня.

Я никогда не смогу причинить ему столько боли, чтобы его предательство перестало причинять боль. И оно болит в каждой части моего тела.

Вероника Рот

ДАМИАНО ДЕ ЛУКА

Пять лет спустя

— Ты не улыбаешься. Это жутковато. — Крис посылает в мою сторону клоунскую улыбку, чтобы доказать свою правоту. Его спокойный серферский стиль исчез, его заменили костюм на заказ, четкая стрижка и часы Cartier за пятьдесят тысяч долларов.

Когда я возглавил синдикат Де Лука, я не просто сделал его своим советником. Я сделал его своим заместителем, вторым помощником. Это одно из лучших решений, которые я когда-либо принимал.

— Улыбки — это для детей и клоунов. Переоценены.

Он кладет документ на мой стол и садится в кожаное кресло напротив меня.

— Твоего старика поместили в дом престарелых. Это жестоко, учитывая, что ему около сорока, а все остальные находятся на смертном одре.

— В том-то и дело. У него есть соседка?

— Хуже некуда.

Я думаю, что для Анджело это хуже, чем тюрьма или смерть. Нет ничего, что он ненавидел бы больше, чем пожилых людей, визиты счастливых внуков и жизнь без роскоши.

Есть, есть и есть.

— А что еще я просил?

Крис отводит глаза и осматривает кабинет, как будто он не находится здесь все время, черт возьми.

— Нет.

— Нет?

— Нет, они ее не нашли. Девушка исчезла. Привидение. — Он колеблется, и я знаю, что мне не понравится то, что он скажет. — Может, тебе стоит перестать пытаться найти ее?

— А может, мне стоит стараться еще больше.

Когда Рен покинула мою комнату пять лет назад, я не думал, что она совсем уедет из Девилс-Ридж. Она исчезла из поля зрения, как это может сделать только Витали. Сколько бы я ни пытался найти ее с тех пор, у меня ничего не получалось.