— Что... — Август попытался снова. — Зачем это было нужно?

На лице Лукаса появилось выражение, которое, как Август не сомневался, он отрабатывал еще до приезда.

— Ты не помнишь?

— Что не помню? — спросил Август, приподняв бровь, чтобы Лукас понял, что он его раскусил.

Лукас усмехнулся.

— Сегодня наша семинедельная годовщина.

— Что наша?

— Ты сказал, что тебе все равно, сколько пройдет времени: семь недель, семь месяцев или семь лет. Мы прожили семь недель. С годовщиной.

Август фыркнул.

— Пожалуйста, скажи мне, что ты все это не рассказал Бьянке? Она будет просто невыносима, если подумает, что помогла мне переспать.

— Я не рассказывал ей всех подробностей. Только то, что я хотел сделать тебе сюрприз на обед и что это трудно сделать, когда мы обедаем каждый день. Теперь, когда она находится напротив твоего кабинета, а не моего, она с большей охотой согласилась. Возможно, она хотела подслушать.

Теперь, когда они наконец-то распределили кабинеты по отделам, Бьянка стала его новым компаньоном. Когда жалюзи были открыты, она могла смотреть прямо в его кабинет. Август теперь держал жалюзи закрытыми.

Лукас махнул рукой.

— Ты ее знаешь. Ей нравится быть в курсе всех событий. Кроме того, она думает, что если мы будем друзьями, то она узнает все горячие сплетни о нас первой.

— О нас ходят горячие сплетни? — спросил Август.

Лукас насмешливо хмыкнул.

— А ты разве не знал? О нас ходит очень грязная история. Даже студенты знают.

Август поднял бровь.

— И какая же?

— Что я, сумасшедший, распутный, но супер сексуальный душевнобольной, соблазнил тебя, милого, забывчивого, но тоже супер сексуального миллиардера, переехать ко мне всего через семь дней. И с тех пор я постоянно ублажаю тебя своими извращенными сексуальными играми, а все твои богатства потихоньку перевожу на оффшорный банковский счет, чтобы оставить тебя ради чистильщика бассейна.

Август усмехнулся.

— Ого. И все это, и выпускные экзамены. Да ты весьма многозадачен, Умничка.

— А то я сам не знаю, верно? — сказал Лукас.

— У нас нет чистильщика бассейна, — заметил Август.

Лукас пожал плечами.

— У нас нет бассейна. Глупо нанимать парнишку для бассейна. — Казалось, он передумал. — Хотя было бы интересно посмотреть, как он ходит в этих маленьких плавках. Нет?

Август сильно ущипнул его.

— Ты не будешь смотреть ни на кого в плавках.

— Кроме тебя? — с надеждой спросил Лукас.

— Я не ношу плавки.

— Пожалуйста? — спросил Лукас.

— Может быть, на нашу семилетнюю годовщину, — поддразнил Август.

Лукас посерьезнел.

— Как ты думаешь, через семь лет ты все еще будешь меня желать?

— Не задавай глупых вопросов. Я буду желать тебя всегда. Вопрос в том, будешь ли ты по-прежнему хотеть меня через семь лет?

Лукас тихонько засмеялся.

— Психопат и экстрасенс. Мы действительно не подходим никому, кроме друг друга. Мы застряли вместе.

Август поцеловал его в лоб.

— Как раз то, что мне нужно.

— Мне тоже, — сказал Лукас, прежде чем добавить: — Но я серьезно. Мы буквально застряли вместе. Пойдем домой, чтобы мы могли привести себя в порядок.

— У меня после обеда занятия. У тебя тоже, — напомнил ему Август.

— Нет, нету. Я попросил Крикет попросить твоего помощника взять твои дневные занятия. Я переложил свои обязанности на помощника Роберта. Мы свободны до конца дня.

Август нанял Крикет секретарем после того, как его старая помощница ушла на пенсию. В основном она отвечала на телефонные звонки и выполняла поручения, но она быстро училась, была работоспособной и могла бесплатно посещать занятия в университете. Кроме того, она не возражала против выполнения любых поручений, не связанных со школой и семьей. Такие, которые Август никогда бы не доверил своему последнему помощнику. Оказалось, что привлечение знающих людей на самом деле сработало очень хорошо.

— Если кто-нибудь когда-нибудь посветит в кабинет фонариком, нас обоих уволят, — поддразнил Лукас, приводя себя в порядок в раковине и бросая влажную тряпку Августу, чтобы тот сделал то же самое.

Август привел себя в порядок и сказал:

— Если они когда-нибудь посветят фонариком в мою машину, мы, скорее всего, сядем в тюрьму, так что это предпочтительнее.

— Нет, ты отправишься в тюрьму. А я сбегу с пареньком из бассейна и твоими миллионами, — поддразнил Лукас. — О, не забудь про пробку, профессор.

Август достал игрушку и поспешно засунул ее в карман. Они уже почти дошли до двери, когда Лукас остановил его.

— Я люблю тебя.

— Я знаю, — сказал Август.

У Лукаса открылся рот.

— Ты только что изобразил Хан Соло?