Лукас прижался к нему ртом, и молния пронеслась по его венам, когда Август мгновенно сдался, прильнув к нему. Его покорность сделала Лукаса смелее, он проник языком внутрь, чтобы исследовать. У Августа задрожали руки, а затем он вцепился в его рубашку. Лукас уловил проблески мыслей Августа, но в них не было ничего отвратительного. Просто повторение того, что он видел раньше. Вспышки голой плоти, прерывистые вздохи и Август, произносящий его имя как мольбу.

— Чёрт.

Он оторвался от рта Августа и обхватил его колени, дернул достаточно сильно, чтобы завалить его под себя, накрыв сверху своим весом, и снова погрузился в поцелуй. Август раздвинул ноги, позволяя Лукасу устроиться между его бедер, и оба застонали, когда их тела столкнулись, оба стали твердыми.

Лукас совсем не это планировал. Черт, он вообще ничего не планировал, но не мог остановиться, не хотел останавливаться. Он думал, что Август может стать просто интрижкой. Опасным порывом, о котором он мог бы вспоминать и удивляться, но он и представить себе не мог, что кто-то вроде Августа захочет чего-то долгосрочного. Лукас даже не знал, будет ли он жив через полгода.

И все же он не остановился. Не мог. Ему нравился Август под ним, то, как он двигал бедрами навстречу ему, крошечные прерывистые вдохи, которые Август издавал каждый раз, когда он делал то, что ему нравилось.

Лукас никогда раньше не целовался с кем-то просто так. Никогда. Даже в старшей школе. И он вдруг понял, чего ему не хватало. Он оторвался от губ, чтобы исследовать челюсть Августа, мочку уха, жилку на шее.

— Нам нужно остановиться, — сказал Лукас, даже когда расстегивал рубашку Августа и пропустив пальцы сквозь пушистые волосы, покрывавшие его грудь и живот.

— Хорошо, — прохрипел Август, ловя рот Лукаса в очередном непристойном поцелуе.

Лукас прижался к покачивающимся бедрам Августа, почти уверенный, что может кончить от тепла, трения и ощущения губ Августа под своими. Но они не могли. Это первый рабочий день Лукаса. Август был незнакомцем... и коллегой... и психопатом, который хотел спариться с ним на всю жизнь.

Лукас оттолкнулся от Августа, прижавшись спиной к дивану.

— Серьезно. Мы в универе. У нас обоих уроки начинаются через пятнадцать минут.

Август подполз ближе, потянувшись к молнии Лукаса.

— Я могу снять с тебя напряжение меньше чем за пятнадцать минут.

Уверенность, прозвучавшая в словах Августа, выбила Лукаса из колеи.

— Что?

Август окинул его таким горячим взглядом, способным расплавить сталь.

— Я могу заставить тебя кончить за пятнадцать минут или меньше.

Член Лукаса запульсировал от его предложения. Он посмотрел на дверь, потом на Августа. Он хотел позволить ему. Никто никогда не узнает. Но он покачал головой.

— Не здесь. У меня дома. Позже. После работы. Там, где мы сможем уединиться. У меня еще один урок, а потом я работаю над... исследовательским проектом.

Это не было ложью.

— Кон?

При упоминании этого имени у Лукаса мгновенно пропало желание.

— Откуда ты знаешь?

Август пожал плечами.

— Я же сказал тебе, я рылся в твоей квартире. Кто он? Кроме специального агента?

Лукас вздохнул.

— Он полевой агент ФБР. Большая шишка, начал работать в Квантико тогда же, когда и я.

— И ты думаешь, что он убил всех тех женщин из твоего досье?

Лукас покачал головой.

— Нет, не всех. Но некоторых из них. Хотя мне никто не поверил.

— Я тебе верю.

Лукас улыбнулся.

— Спасибо, но это не поможет мне посадить его в тюрьму.

Август запустил пятерню в свои темные волосы.

— Возможно, тюрьма — это не то, что ему нужно.

Лукас удивленно вскинул брови.

— Ты говоришь, убить его?

Август кивнул.

— Конечно. Если он убил тех женщин, он подходит под кодекс.

У Лукаса голова шла кругом. Жизнь стала бы намного проще, если бы он просто позволил Августу делать то, что он делает.

— В том-то и дело. Я не думаю, что он делал это в одиночку. Я думаю, у него есть сообщник. И думаю, что они держат этих женщин долгое время, а потом, когда они заканчивают, избавляются от них каким-то образом. Я просто не знаю, как, или где, или даже кто. Я просто знаю, что они там причиняют боль людям, а я ничего не могу с этим поделать.

— Позволь мне помочь. У меня есть ресурсы.

— У тебя есть ресурсы лучше, чем у ФБР? — недоверчиво спросил Лукас.

— Да, у меня есть Каллиопа.

— Что?

— Не что. А кто. Каллиопа. Позволь мне помочь тебе.

Лукас задумался. Август никуда не собирался уходить. Он мог бы притвориться, что эта мысль его беспокоит, пугает или тревожит. Именно это он и должен чувствовать в подобной ситуации. Но он хотел, чтобы Август был рядом, хотел его прикосновений и одержимости. И его помощи. Ему нужна была помощь Августа.