Я поворачиваюсь к Реджи. Мне не нравится тот факт, что он использовал ласкательное имя, которым моя сестра и ее семья называют меня. Это кажется слишком близким и знакомым, исходящим от него. Но я слишком сосредоточена на том, чтобы закончить этот ужин как можно быстрее, чтобы утруждать себя поправкой.

— Извини. Что это было?

Он откладывает вилку с раздраженным лязгом. — Тебя что-то отвлекает? — он спрашивает. — Знаешь, довольно грубо игнорировать свидание.

— Нет, извините, ничего, — быстро отвечаю я. — Просто уставшая.

— Ох?

— У меня было несколько собеседований при приеме на работу, к которым я готовилась. — Что не совсем ложь. — А вчера я поздно легла. — Тоже не совсем ложь. Хотя "поздно" в этом случае означает "поздно для меня", что означает 9:05 вместо 9:00

— Собеседования при приеме на работу, да? — он спрашивает. — Круто. В любом случае, как я уже говорил, я… — я скрываюсь под поверхностью вечной улыбки и кивания. «Включаю заставку», как называет это Брианна. Так проще, и Реджи не нужно много вкладывать от меня, чтобы продолжать болтать.

— Знаешь, я всегда думал, что ты чертовски горяча, — говорит он, отрыгивая свою попытку сделать комплимент. — Настоящее гребаное дымовое шоу. Такой девушке, как ты, нужен такой парень, как я. Самостоятельный бизнесмен, понимаешь? Добытчик. И в постели я тоже хорош.

Я сопротивляюсь желанию закатить глаза. По крайней мере, в десятый раз за сегодняшний вечер он упомянул, насколько он «самостоятельный». Хотя я почти уверена, что он унаследовал хозяйственный магазин от своего отца.

Прежде чем я успеваю сообразить, как выбраться из этого разговорного тупика, Реджи поднимает глаза и щелкает пальцами, призывая официанта.

Когда никто не замечает его в те две секунды, что он готов ждать, он подносит руку к губам и присвистывает.

— Хэй — шиплю я, огорченная его поведением. — Ты не можешь свистеть.

Он выглядит явно ошеломленным тем, что у меня с этим проблемы.

— Почему?

— Это грубо!

— Грубо? — повторяет Реджи, как будто я говорю на иностранном языке. — Нет, детка, это дружелюбно. Ты просто не привыкла, чтобы парни водили тебя в такие милые места.

Я сползаю на свое место, щеки краснеют от смущения. Может быть, если я сильно зажму глаза, я стану невидимой. Стоит попробовать, по крайней мере.

— Вы можете убирать наши тарелки, дорогая, — приказывает Реджи официанту, когда та подходит к нашему столу. — И принеси нам меню десертов.

— Вообще-то в этом нет необходимости, — быстро отвечаю я, извиняющимся тоном улыбаясь официанту. Пожалуйста, не ненавидь меня, говорю я ей глазами. Я хочу, чтобы это закончилось так же сильно, как и ты. — Только счет, пожалуйста.

— Что? — спрашивает Реджи. — Давай, вечеринка только начинается!

— Я устала, — объясняю я с быстро иссякающим терпением. — И я слишком наелась, чтобы есть десерт.

Он смотрит на часы. — Всего одиннадцать, — говорит он. — Хорошо, тогда забудьте о десертных меню. Принеси нам еще порцию выпивки.

Официант кивает и заставляет ее сбежать из ужасной Зоны Реджи, прежде чем я успеваю возразить. Я съеживаюсь при мысли о том, что проведу еще полчаса в компании этого мужчины.

— Эй, я пойду в туалет, ладно? — Он снова отрыгивает. — Не думаю, что этот стейк пришелся мне по вкусу.

Я даю ему деревянный кивок. В тот момент, когда он убирает со стола, я вздыхаю с облегчением и достаю телефон, чтобы набрать номер Брианны.

Она отвечает немедленно. — Привет, сестричка, как проходит свидание?

— Я собираюсь убить тебя!

— Вау, придержи лошадей. Что случилось?

— Он унылый, занудный и грубый, и я собираюсь покончить со всем этим ножом для масла, если мне придется провести еще хоть одну минуту, застряв здесь с ним.

Брианна громко хихикает. — Ты же не используешь в отношении него такие слова, как «хамский», не так ли?

— У нас нет ничего общего, Бри.

— Противоположности притягиваются.

— Физика магнетизма в стороне, позволю себе не согласиться.

Брианна стонет. — Ты даже не даешь ему шанса. Когда в последний раз тебя привлекал какой-нибудь мужчина?

Вопрос кажется несправедливым, особенно учитывая очень реальную и очень интуитивную реакцию, которую я только что испытала на мужчине в будке. Не то чтобы я собиралась признаться Брианне, что просто трахала глазами какого-то самодовольного придурка с Уолл-Стрит в дорогом костюме. Она никогда не даст мне услышать конец.

— И что это значит?

— Это означает, что ты обращаешься с мужчинам как к инвазивному виду.

— Не зря! Знаешь, иметь мужчину в своей жизни — это еще не все.

— Жизнь — это не Маленькие женщины, Ками, — говорит Брианна с многострадальным вздохом.