Мягко покачиваясь над ним, мои губы встретились с его, затем я направила его голову между своих рук. Его губы коснулись моей щеки, спустились по шее и плечу, проводя влажными губами по поверхности тела, созданного для него. Это было все, что нам было нужно, — медленный и божественный танец двух тел.

Все остальное исчезло, остались только Олли и я. Даже в этот пьяный, спонтанный момент, когда остальные были всего в нескольких футах от нас, Олли заставил меня почувствовать единственными людьми во вселенной. Он схватил меня за затылок, яростно прижимая наши губы друг к другу, чтобы заглушить его стоны, а мои пальцы крепко вцепились в его волосы.

— Мия, я…

Я кивнула, прежде чем его рот снова прижался к моему. Все его тело изогнулось, когда он прижал меня к себе, удерживая наш поцелуй, пока страсть не прошла.

Осознание того, что я была единственной, кто доставлял ему удовольствие, заставляя еще дыхание учащаться, тело дрожать, прежде чем он мог раствориться в совершенном блаженстве, — все это позволяло мне обожать его еще больше. Он уронил голову мне на плечо, а я продолжала поглаживать его волосы.

Это прекрасное создание любило меня, и я никогда не пойму почему.

После нескольких секунд, он притянул меня к своей груди и погладил по волосам, пока мы успокаивали дыхание.

— Олли? — прошептала я.

— Да? — спросил он, запустив пальцы в мои волосы.

— Скольких людей ты любил до меня?

Он ухмыльнулся.

— Ни одного.

— Со сколькими ты спал до меня без презерватива?

— Ни одного.

Я подняла голову с его груди.

— Почему?

— Я просто получал удовольствие, Мия. Но как только увидел тебя, я понял, что смотрю на ту единственную. Презерватив для меня означает случайный трах, а ты совсем не такая. Я верю в то, что у нас есть, и пока ты принимаешь противозачаточные, я хочу полностью отдаваться тебе. Никаких барьеров, никаких гребаных презервативов, только я. То, чего я никогда не давал ни одной женщине до тебя. И такого больше никогда не будет, я в этом уверен. — Он провел большим пальцем по моей нижней губе, прежде чем положить пальцы мне под подбородок: — Я люблю тебя, Мия. Я еще никому этого не говорил. Никогда. Тебе принадлежит мое сердце, и лишь у тебя есть сила вырвать его из моей груди и полностью уничтожить, но я верю, что ты этого не сделаешь.

Это было гораздо лучшее объяснение, чем я могла бы пожелать. Олли дал мне больше, чем просто себя. Он поставил на карту все — свою любовь, свои чувства, свое тело — следуя убеждению, что нам суждено быть вместе. Это было прекрасно — стать полностью открытым для другого человека, который потенциально мог тебя уничтожить. Но у него никогда не возникало никаких сомнений. Никаких колебаний. Никаких вопросов.

— Что вы там двое делаете? — спросил Айзек, когда нос Олли коснулся моего, и я забыла, что мы не единственные люди в этой комнате.

— Не лезь не в свое дело, приятель, — крикнул Олли.

— Почему ты светишься, Олли? — поддразнила Алисия. — Похоже, у тебя внезапно улучшилось настроение.

Олли издал хриплый, но нервный смешок, схватил ближайшую подушку и швырнул ее в них.

— Заткнись, ладно? — сказал он и прислонился спиной к стене, его щеки покраснели.

— Мия, почему бы тебе не позаботиться обо мне в следующий раз? — предложил Айзек со смехом, но настроение в комнате полностью изменилось.

Олли схватил меня за талию и оттащил в сторону, прежде чем вскочить на ноги. Перед тем как я поняла, что происходит, Олли поднял Айзека с пола и прижал его грудью к стене.

— Ты не должен с ней так разговаривать. Ты понял? — Лицо Айзека стало пунцовым, и он кивнул, прежде чем Олли сделал шаг назад. — Вам пора уходить.

Все были слишком шокированы, чтобы говорить, пока помогали друг другу залезть в вентиляционное отверстие. Олли присел на край матраса, подперев голову ладонями. Его колено неудержимо дергалось, я подползла к нему и села рядом.

После того, как все ушли, я положила руку ему на спину, чтобы успокоить его.

— Мне жаль, Мия. Я не хотел, но я не могу себя контролировать. Ты не гребаная игрушка. Никто никогда не должен принимать тебя за вещь. Ты заслуживаешь лучшего, — объяснил он, проводя руками по волосам.

— Все в порядке. Я сильнее, чем ты думаешь. Мне наплевать на то, что они думают или говорят обо мне. Черт возьми, я сама сделала все, чтобы заслужить это.

Он наклонил голову, чтобы посмотреть мне в лицо.

— Нет, не делай этого…

— Не делать чего?

— Не оправдывай действия или комментарии других из-за своего прошлого. Мне все равно, что ты сделала. Никто не заслуживает такого обращения. Ему нужно начать уважать девушек, особенно тебя.

Поднявшись с матраса, я встала на ноги перед ним.

— Что ж, теперь мы в довольно затруднительном положении.

Олли поднял на меня глаза.

— Почему это?

— Теперь мне не уйти в свою комнату.

Глава 19

“Преображаются даже самые темные стороны нас,