Этим поздним августовским утром пробивающееся сквозь листву солнце подняло температуру на пару градусов. Ветра дули пусть и редко, но уже напоминали о том, что лето заканчивается. Отныне погода будет становиться все холоднее и холоднее. Здесь, в Гилдфорде, постоянно лили дожди, и температура редко поднималась выше семидесяти градусов по Фаренгейту даже летом. В паре ярдов от нас чуть не подрались Итан и Джерри – из-за игры в покер. Потасовка их стала для нас фоновым шумом.

– Ну так что, поделишься, наконец, с нами своей историей? – спросила Мэдди Джуда, нарушив тишину.

Интересно, все ли почувствовали холодок в воздухе, или только я одна.

Джуд подтащил к себе согнутую в колене ногу: на джинсах в том месте как раз красовалась дыра.

– Не-а.

Брия одарила Джуда улыбкой, и тот скользнул по ней взглядом, а потом снова посмотрел прямо перед собой.

Джуд был ходячим противоречием. И тот факт, что я до сих пор не смогла его прочитать, меня бесил.

Нравилась ли ему Брия? Или нет?

Олли приподнялся на локтях.

– Ладно, скукота какая-то. У меня есть занятия получше, чем прохлаждаться здесь и наблюдать за тем, как вы друг другу косы заплетаете.

– Эй, – запротестовал Джейк. – Ты чего?

Олли покачал головой.

– Может, сыграем во что-нибудь? Власть? Стриптиз или вызов?

– Тебе ведь эти игры не нравятся, – напомнила ему я, разрывая пополам попавшийся под руки листок.

Олли посмотрел на меня, прищурившись. Зеленые глаза его оставались темны. Он чуть склонил набок голову.

– Не разговаривай со мной. – Он ткнул в меня пальцем.

Сделав вид, что его слова не снесли меня, словно торнадо, я сосредоточилась на пальцах и листьях: разорвала последний на мелкие кусочки. Текли секунды, а я все еще боролась со слезами и глотала тошноту.

Я кружилась, и кружилась, и кружилась…

– Черт подери! – выпалил Джейк, закончив плести косу.

Он подпрыгнул и встал посреди своеобразного круга.

– Вы тут веселитесь, а я пошел. – И Джейк отправился восвояси.

Вот бы у меня хватило духа последовать за ним, но здесь был Олли, и я осталась сидеть, будто приклеенная к земле. Я продолжала рвать лист – от него почти ничего не осталось. Кусочки его усеяли мои ботинки.

– Чем хочешь заняться? – спросила Мэдди у Олли со своим сладким ирландским акцентом, и я закатила глаза.

Мы с Мэдди не пересекались все лето, но после возвращения Олли она не отлипала от него ни на секунду. Словно мерзкая фанатка.

– Может, поздравишь меня с возвращением домой, Мия? – губы Олли исказила улыбка, и он задвигал бедрами вперед-назад.

Я приподняла бровь. Он поиграл своими.

– Пошел ты, – пробормотала я и смахнула остатки листика с ботинок.

Чего Олли добивается? Мои сердце и эго не выдержат очередного удара.

Олли усмехнулся еще сильнее.

– С радостью пошел бы. Вошел бы.

Я показала ему средний палец, и Олли тут же подскочил с места и подошел ко мне. Внутри меня все запрыгало от радости, совсем не подчиняясь мозгу. Я опустила руку. Олли сел прямо напротив меня.

– Склонен интерпретировать это как согласие.

– Что ты делаешь? – Я окинула взглядом остальных, все следили за нами. Ждали, что будет.

– Я по тебе скучаю, – прошептал он почти разбито, и слова его резанули меня, словно ножом.

Вскрыл старую рану, которую сам же и нанес. Рука Олли опустилась мне на бедро, и он оказался у меня между ног. Тело меня не слушалось – я не смогла его оттолкнуть. Бугорок в его штанах коснулся внутренней стороны моих бедер, и он опрокинул меня на землю. Под нами захрустели листья.

– Видишь, что ты со мной творишь?

– Слезь с меня, – попросила я, но мои жадные руки словно обладали собственным разумом – шарили по его бокам вразрез с моими словами.

– Но ты ведь совсем не это хочешь сказать, так ведь, Мия?

Его глаза сверкнули в темноте – я никогда прежде такого не видела. Руки его залезли мне под рубашку. Я вспомнила его брата. Вспомнила прошлый год и вырвалась из его хватки, отползла назад. Пальцы Олли впились в меня с новой силой и подвинули обратно.

– Куда это ты?

Я инстинктивно залепила ему пощечину – голова его дернулась вбок. Ухмылка исчезла с его лица, и он опустил голову, так и стоя на четвереньках. Я поднялась на ноги и опустила на него взгляд, пытаясь отдышаться.

– Да что с тобой не так?

Олли перевернулся и сел спиной ко мне, опустил руки на поднятые колени.

– Ладно, понял. Тебе нравятся только мужчины в форме. – Из горла его вырвался низкий скептический смешок, и я едва смогла сдержать рвущиеся наружу слезы.

Качнув головой, я села рядом с Брией и Джудом на дерево.

Брия метнула в мою сторону недоуменный взгляд.

– Неужели ты позволишь ему так с собой обращаться?

– Он сейчас не в себе.

Но чем чаще я себе это повторяла, тем хуже оно звучало. Как полный бред. Итан был прав: я продолжала его оправдывать. Словно заезженная пластинка.

Олли свистнул и подозвал к себе Мэдди, и она забралась к нему на колени и покосилась на меня.