— Ты бы взял мои запястья в свои ладони и поднял мои руки над головой. Прямо как ты обычно делаешь. — С губ слетает стон, когда давление между ногами нарастает. — И ты бы погрузился в меня одним толчком. Жестко. По самую рукоять.

Дверь на другой стороне комнаты с грохотом распахивается. Не убирая руку, я поднимаю голову с подушки и смотрю между своих согнутых ног на порог. Лука стоит в дверном проеме, вцепившись в раму по обе стороны от себя, его челюсти сжаты в жесткую линию, и он смотрит на меня.

Я прикусываю нижнюю губу и начинаю обводить клитор свободной рукой. Мои пальцы все еще внутри меня, поэтому я вынимаю их и подношу ко рту, медленно облизывая каждый из них.

— Скажи мне, Лука, — улыбаюсь я, — насколько твердым ты стал от этого?

Из него вырывается глубокое рычание. Он делает шаг внутрь, пинком закрывая за собой дверь, и медленно направляется к кровати, по пути снимая с себя одежду. Пиджак. Затем его темно-коричневая рубашка. Брюки. Он все время смотрит на меня. Добравшись до кровати, он совсем обнажен, его член полностью возбужден. Я облизываю губы и еще немного раздвигаю ноги.

— Ты самое сексуальное гребаное создание, которое когда-либо ходило по этой земле. — Его голос звучит низким, первобытным рокотом, когда он хватает меня за колени и притягивает к себе. Обхватив меня рукой, он разворачивает меня так, что я оказываюсь на кровати на четвереньках. В следующее мгновение чувствую, как он входит в меня сзади.

— Такая мокрая. — Он проводит ладонью по моей спине. — Ты испытала оргазм до того, как я пришел сюда, Изабелла?

— Нет. — Я ахаю, когда он врывается в меня полностью.

— Хорошо. Тебе нельзя кончать, если я не буду здесь с тобой. — Он выскальзывает, затем снова вламывается внутрь.

— Мне хотя бы можно поиграть?

— Только когда я скажу. — Еще толчок, и его член полностью заполняет меня. Давление, которое нарастало внутри меня, усиливается. — Ты не тронешь себя, пока я не дам тебе разрешения. Ты поняла?

Я сжимаю губы и опускаю голову, мое дыхание тяжело вырывается через нос.

— Ты. Меня. Поняла? — Он продолжает входить в меня, подчеркивая каждое слово сильным толчком, заставляя меня хватать ртом воздух.

— Да! — я кричу.

Быстрые толчки Луки не прекращаются. Он смотрит на меня и приказывает: — Кончай.

Я снова кричу, когда меня внезапно накрывает оргазм. Лука рычит, взрываясь потоками семени внутри меня.

Мой телефон вибрирует на прикроватной тумбочке. Я надеваю очки и просматриваю сообщение от Донато, где он пишет, что поставка оружия снова сорвалась. Мне нужно будет спросить Дамиана, знает ли он, что произошло в первый раз, но это может подождать, пока я не доберусь до офиса. Оглушительная боль пронзает мой череп между висками, и я втягиваю воздух. Все прошло так же быстро. Может быть, мне стоит сходить на обследование к доктору Джейкобсу? Это происходит не в первый раз.

Изабелла извивается в моих объятиях, затем кладет ладонь поверх моей руки у себя между ног и надавливает на нее. Она определенно пристрастилась к тому, чтобы мой палец был в ее киске. Вчера мы водили Розу и кое-кого из ее друзей в кино. Дети сидели впереди, а мы с Изабеллой — в последнем ряду. Как только мы остались одни, она взяла мою руку, засунула ее себе под юбку и прошептала, что нуждается в этом. Тихий вздох облегчения, сорвавшийся с ее губ, когда я ввел в нее палец, заставил меня так возбудиться, что едва удержался от того, чтобы не оттрахать ее, как пещерный человек. Она, черт возьми, захныкала, когда мне пришлось убрать палец в конце фильма.

Я провожу ладонью свободной руки по спине Изабеллы, слегка сжимаю ее попку, затем скольжу пальцами по коже на ее боку.

— Я могу пересчитать твои ребра, Изабелла. Ты похудела?

— Я пытаюсь немного подтянуть свою попку. Я на диете, — бормочет она.

— Что? — Я кладу костяшки пальцев ей под подбородок и поднимаю ее голову, чтобы заставить посмотреть на меня. — Ты спросила разрешения уморить себя голодом?

— Нет. — Она моргает, выглядя слегка смущенной. — Я думала, мужчинам нравятся худенькие женщины.

— Ты думала неправильно.

— У меня огромная задница, Лука. Я хочу похудеть перед вечеринкой.

Сжимая ее подбородок, наклоняюсь вперед, пока не оказываюсь у нее перед лицом. Я не хочу, чтобы ее задница становилась меньше. Желаю, чтобы она была больше.

— На сколько ты похудела?

— Десять фунтов.

— У тебя есть две недели, чтобы снова набрать вес, Изабелла, — говорю я, хмуро глядя на нее.

— Все эти килограммы прибавятся к моей заднице. Она станет еще больше.

Образ Изабеллы, с ее прекрасным задом на размер или два больше, заполняет мой разум, и мой член набухает.

— Хорошо.