— Хорошо. — Я снова переключаю канал связи. Рокко и несколько охранников пытаются потушить пожар. — А как у нас обстоят дела с телом, о котором я просил?

— У нас никак. Я, как проклятый гробовщик, копаюсь тут ради тебя. Скажи мне дату, когда оно тебе нужно.

— Забирай, как найдется подходящий кандидат, и храни у себя, пока я не позвоню.

— Хранить? — кричит он. — Да, где мне, по-твоему, хранить чертов труп?!

— У тебя же есть морозильник?

— А что я скажу Гваделупе, если она решит приготовить carne asada и обнаружит в морозилке гребаный труп?

— Кто такая Гваделупе?

— Моя девушка, — огрызается он.

Я от удивления вскидываю брови.

— Тебе девяносто.

— Мне семьдесят пять! И, к твоему сведению, Лупе говорит, что я не выгляжу ни на один год старше пятидесяти.

— Скажи ей: «Извини, детка, это всего лишь работа». Она поймет. И, пожалуй, отведи ее проверить глаза.

— Да катись ты к черту, Аз.

Линия обрывается.

Я беру черный бархатный мешочек, лежащий на столе рядом с ноутбуком, и достаю небольшой зеленый камушек, поднимая его к свету. У Драго Попова, безусловно, хороший товар.

Чуть приоткрыв окно и убедившись, что меня не видно за занавеской, я подслушиваю разговор, происходящий на подъездной дорожке.

— Я мог умереть, Нино! — кричит Рокко. — Если бы бомба взорвалась на десять секунд раньше, меня бы уже не было! У меня на подъезде чертова воронка.

— Я попрошу проверить машину. Может, техники что-нибудь найдут. Нино — глава службы безопасности дона — подходит к машине Рокко или к тому, что от нее осталось, и упирает руки в бока. — Черт.

— Я думаю, это тот словенский ублюдок. Драго, — говорит Рокко.

— Ты имеешь в виду серба.

— Да плевать. Несколько дней назад у нас была стычка, а потом стрельба. Это расплата.

— Кто первый выстрелил? — спрашивает Нино.

— Я. Этот высокомерный засранец отказался иметь со мной дело! Я должен был доказать свою правоту.

Нино щипает себя за переносицу.

— Босу не понравится, как ты с этим справился, Рокко. На твоем месте я бы держался подальше от посторонних глаз.

— Это они начали!

— Я позвоню Драго и попытаюсь его образумить.

— Когда вернется Артуро? Мне нужно заниматься своими делами. Наши строительные проекты отстают от графика, а сроки приобретения недвижимости дышат мне в затылок. У меня нет времени разбираться с сумасшедшими, с которыми он сотрудничает.

— Без понятия. О его сестре по-прежнему ничего не известно. Он сходит с ума. — Нино вздыхает и направляется к своей машине. — Сегодня кто-нибудь приедет за обломками.

Я отхожу от окна и иду в ванную комнату, чтобы принять душ. Как всегда, я оставляю дверь в ванную открытой, чтобы не чувствовать себя так, будто стены смыкаются вокруг меня. Справиться с душевой кабинкой достаточно сложно, но, по крайней мере, стеклянные стенки помогают мне сдерживать тревогу. Когда они не сильно запотевают.

Запах дыма и горелой пластмассы проник во все уголки дома, отчего я почувствовала себя грязной и больной. Окна первого этажа пришлось забаррикадировать, их сейчас заменяют. Они разбились вдребезги от взрыва. В момент, когда это произошло, я проснулась в ужасе. Подбежала к окну и увидела пламя, поглощающее машину. На краткий миг мне показалось, что Рокко был внутри машины. И испытала облегчение.

Выключив воду и выйдя из душевой кабинки, обнаружила, что Рокко стоит в дверном проеме. На его лице застыло злобное выражение, словно он готов свернуть мне шею просто ради удовольствия. Я делаю шаг назад и прижимаюсь голой к холодной кафельной стене.

— Друзья моего отца хотели узнать, почему моя жена так быстро ушла вчера вечером, — говорит он и делает шаг в ванную. — Один из них спросил, может быть, тебе не нравится их присутствие. Или мое, если уж на то пошло. Это правда?

— Нет, — выдыхаю я.

— Но мне так показалось. — Он обхватывает меня за плечо. — У меня очень плохое настроение, bellissima. Следи за своим поведением, иначе результат тебе не понравится.

— Непременно. — Я киваю.

— Конечно, ты так и сделаешь. — Другой рукой он достает из-за пояса брюк пистолет и целится в лампу на потолке. Выстрел гулко отдается в маленьком помещении, и светильник разбивается вдребезги, осыпаясь сверху осколками и окутывая ванную комнату полумраком.

— Нет, — шепчу я.

— Да. — Зловещая улыбка расплывается по лицу Рокко, и он выходит из комнаты, закрывая за собой дверь. Темнота окутывает меня.

Я вскакиваю на ноги и вслепую бегу к двери. Как только нащупываю ручку, в ушах раздается звук поворачивающегося замка.

— Рокко! — кричу я, чувствуя, как в груди нарастает паника. — Пожалуйста! Пожалуйста, не надо!

Ответа нет. Лишь удаляющееся хихиканье.