Я сижу на деревянной скамейке под окном, прижавшись лбом к стеклу. Никак не могу вернуться в постель до того, как сменю простыни, а с этим придется подождать до завтра. Я не могу рисковать, спускаться вниз и снова столкнуться с Рокко сегодня ночью. От мыслей о том, что произошло, меня до сих пор тошнит.

Уже почти четыре утра, но я не могу уснуть. Поплотнее укутавшись в одеяло, закрываю глаза, но через минуту открываю их снова.

Мне нужно найти другой способ получить больше денег. Сумма с одежды, которую мама продает миссис Нателло, — это много, но недостаточно. И нужно быть осторожной, чтобы Рокко ничего не заподозрил. Я стараюсь покупать в каждом магазине множество одежды, но только одну вещь из кучи, чтобы мама ее перепродала. Таким образом, если Рокко попросит показать, что я купила, мне будет что ему показать. Но это слишком медленно.

Вещи, которые я купила в этом месяце, стоили восемнадцать тысяч, но миссис Нателло заплатила только девять, сказав, что не станет тратить больше пятидесяти процентов на подержанные вещи, хотя на них все еще висели ценники. Поэтому я решила отдать маме на продажу несколько своих украшений. Надеюсь, Рокко не заметит. Может, мне удастся уговорить Хейзел разрешить мне два раза в неделю помогать ей с бухгалтерией. Деньги, которые она мне платит, невелики, но каждый пенни на счету.

Пока я безучастно смотрю на лужайку, все еще погруженная в себя, мое внимание привлекает тень, движущаяся за деревом. Охранникам запрещено подходить к дому так близко. Может быть, это животное? Я прижимаясь носом к холодному стеклу, но ничего необычного не вижу. Возможно, мой уставший мозг играет со мной.

Наверное, уже задремала, когда меня напугал громкий взрыв. Я осматриваю территорию и сад за окном, и тут мое внимание привлекает что-то оранжевое на вершине гаража. Раздается очередной взрыв, затем еще несколько. Я вскрикиваю, когда крыша гаража проваливается внутрь. Не в силах пошевелиться, смотрю, как пламя охватывает здание, и его разрушенный каркас поглощается бушующим адом и клубами дыма.

— Мне плевать, что машины были застрахованы! — рычит Рокко в трубку. — Прошло уже три дня. Я хочу, чтобы человека, который занимался электрикой в моем гараже, нашли и разобрались с ним!

Он отключает связь и шлепает телефоном по поверхности стола.

— У меня ушло полгода, чтобы собрать коллекцию машин, — кричит он. — А теперь они все пропали. Из-за какого-то идиота, который не выполнил свою работу должным образом. Как может ни с того ни с сего загореться гребаный электрощиток?

Да. Очень жаль.

— Мне нужно, чтобы ты отвёз Равенну к парикмахеру, — продолжает он. — После этого она навестит свою мать, и у тебя будет несколько свободных часов. Затем возвращайся сюда в одиннадцать. Вооруженный.

— Хорошо. Задача? — спрашиваю я.

— Сегодня ночью будет доставлена партия наркотиков, и нам не хватает нескольких человек. Некоторых ребят, которые должны были работать на этой работе, отвлек Артуро. Он, по сути, сошел с ума и уже несколько недель колесит по городу в поисках своей пропавшей сестры. Мне нужно, чтобы ты его подменил.

Я киваю и поворачиваюсь, чтобы выйти.

— Дзанетти.

Его голос приобретает ту самодовольную и снисходительную нотку, которую он никогда не может скрыть. Я останавливаюсь на месте и поворачиваюсь к нему лицом. Все мои силы уходят на то, чтобы не ударить кулаком по его уродливой роже, стирая с нее это самовлюбленное выражение.

— У тебя есть что сообщить? Какие-нибудь странности в поведении моей жены

— Нет, — отвечаю я, как делаю это каждое утро, когда он вызывает меня на совещание. — Ничего необычного.

* * *

Как обычно, когда сопровождаю миссис Пизано к ее матери, я стою у стены, устремив взгляд за окно. Мать уснула на диване, а моя подопечная ушла из главной комнаты, сказав, что помоет посуду перед уходом. Я размышляю над ее поступками, когда из маленькой кухни доносится звук бьющегося стекла. Резко поворачиваю голову и вижу миссис Пизано, которая стоит перед раковиной и держит руку под струей воды.

— Рави?

— Я в порядке, мама. Спи. — Она смотрит на свою руку. — Черт.

Я преодолеваю небольшое расстояние между нами и встаю у нее за спиной. Кровь сочится из неприятного пореза в центре ладони.

— Дай мне посмотреть.

— Я в порядке, — бормочет она, пытаясь схватить кухонное полотенце другой рукой. — Порезалась о скол на чашке.

— Дай. Я. Посмотрю.

Ее рука нависает над тряпкой. Медленно миссис Пизано поднимает голову, и меня встречают настороженные зеленые глаза. Я выключаю воду и беру ее руку в свою, осматривая порез. Он не глубокий, но довольно длинный, пересекает по диагонали всю поверхность ее ладони.

— Аптечка? — Я беру салфетку из держателя и прижимаю к ее ладони. Ее рука такая чертовски маленькая по сравнению с моей.