— Ты хотела, чтобы твоя сестра смеялась над тобой?

— Она смеялась не надо мной. Она смеялась из-за меня.

— Разве это не одно и то же?

— Неа. Настоящие друзья и семья никогда не будут смеяться над тобой, какими бы глупыми ни были твои поступки.

— Хм… Я никогда не думал об этом. — Он отступает и снова прислоняется к стене, скрещивая руки, как и раньше. Его поза натягивает черную ткань рубашки на мускулистые руки и широкие плечи.

Жар заливает мои щеки, когда я вспоминаю, как он сидел передо мной без рубашки в тот день в ветеринарной клинике. Думаю, любая женщина была бы очарована таким мужчиной, как он. Не могу сказать, что я не представляла его обнаженным. Но мое очарование незнакомцем выходит за рамки физического влечения. С одной стороны, его неожиданное появление, а затем и исчезновение, оставляет мне мало загадочных ответов и еще больше вопросов после нашего короткого пребывания вместе. Он остается полной загадкой. С другой стороны, он открыто признался, что преследует меня. Любая здравомыслящая женщина на моем месте убежала бы далеко и быстро, крича во все горло. Я? Я просто хочу знать о нем больше.

— Могу я спросить тебя кое о чем? — Его хрипловатый голос нарушает тишину, и, клянусь, я чувствую его вибрацию на своей коже.

— Конечно, — выдыхаю я.

— Что это за трава?

— Что?

— Те зеленые штуки, которые ты держишь на подоконнике?

Я выгибаю бровь.

— Откуда ты знаешь о моих растениях?

— С крыши напротив твоего здания открывается хороший вид на твой дом. Я видела, как ты опрыскивала листья, когда приходил проведать тебя.

— Это зелень. Орегано. Мята. Петрушка. Розмарин. Мне нравятся их запахи. Хотя, боюсь, я возможно погубила петрушку. Она почти полностью высохла. — Я вздыхаю. — Придется купить новый, когда у меня появится свободное время.

— Я думал, женщинам нравятся цветы. А не травы.

— Зелень, — снова указываю я. — Мне тоже нравятся цветы, но у меня начинается приступ, когда я подхожу слишком близко к большинству сортов.

— Угу. — Он кивает. — Значит, эта штука может расти сама по себе, да? Как травка?

Я фыркаю.

— Не могу поверить, что обсуждаю комнатные растения с парнем, который меня преследует.

— А что? По-моему, пока что это была приятная и интересная беседа.

Мои брови сошлись на линии роста волос.

— Тебе нужно больше гулять, приятель.

На его губах появляется крошечная улыбка, от этого в животе порхает рой бабочек.

— Почему ты здесь, а не с друзьями?

— Мне не понравилось направление нашего разговора, и мне нужен был перерыв. — Я прикрываю рот рукой, чтобы скрыть зевок. — Прости. Я не выспалась прошлой ночью.

— Почему бы тебе не пойти домой?

— Я бы с радостью. Но я приехала сюда с подругой. — Я встречаю его взгляд. — И я бы предпочла не брать такси, по возможности.

Он наклоняет голову в сторону.

— Ты тайно просишь меня подвезти тебя?

— Может быть. — Я прикусываю нижнюю губу.

— А как же совет твоей сестры?

— Я несколько раз оставалась с тобой наедине, и я все еще жива, и моя добродетель в целости и сохранности. Я думаю, что на тебя можно положиться в большей степени, чем на сумасшедшего таксиста, который может мне попасться.

— Ты слишком безрассудна, тигренок. — Он показывает подбородком в сторону здания на другой стороне улицы. — Я припарковался вон там.

Я плотнее закутываюсь в массивное пальто, шагая рядом с моим незнакомцем, пока он ведет нас к черному Dodge Charger. На каждый его шаг мне приходится делать два своих, чтобы не отставать. Наши руки слегка соприкасаются, пока мы идем. Лишь случайные крошечные прикосновения, незаметные из-за плотной ткани его пальто. Тем не менее, для меня каждое прикосновение к нему ощущается как небольшой электрический разряд.

Когда мы добираемся до его машины, он открывает для меня пассажирскую дверь, затем обходит капот и садится за руль. Пока он заводит машину, я отправляю сообщение Дании о том, что поехала домой, а затем откидываюсь на спинку кожаного сиденья.

— Наверное, нет смысла говорить свой адрес, — говорю я.

Уголки рта моего преследователя отклоняются вверх на мизерную величину. Если бы я не смотрела на него открыто, я бы этого не заметила.

— Нет.

Я поджимаю губы, пряча ухмылку.

— И должен ли меня беспокоить тот факт, что ты знаешь, где я живу?

Его взгляд прикован к моему.

— Нет.

Мне много раз лгали в лицо и я не замечала этого, но в глазах этого мужчины есть что-то такое, что заставляет меня быть уверенной в том, что он говорит правду.

— Хорошо. — Я киваю и сосредотачиваюсь на уличном пейзаже за лобовым стеклом.