Я поднимаю бровь. Стая? Перевоплотиться в волка? Даже при приглушенном освещении в клубе стенд достаточно хорошо освещен лампой, стоящей рядом с диваном, поэтому я уверен, что правильно прочитал ее слова. Сверкающая девушка убирает упавшую на лицо прядь темно-каштановых волос и заправляет ее за ухо. Масса ее волос заплетена в две беспорядочные французские косы, начинающиеся у макушки и спускающиеся по бокам головы. Каждая коса украшена множеством маленьких золотых колечек. На фоне всех женщин в платьях или коктейльных нарядах, с идеальными стильными прическами, она выглядит совершенно неуместно. Может быть, именно поэтому я не могу перестать смотреть на нее.

Рука касается моего плеча. Я оборачиваюсь и вижу, что Филипп стоит позади меня и смотрит в ту же сторону, что и я.

— Ну что? Что скажешь? Не совсем в твоем вкусе.

Я бросаю быстрый взгляд на девушку в черном платье.

— Почему? Мне нравятся блондинки.

Филипп нахмуривает брови, на его лице появляется гримаса.

— Не блондинка, Драго. Та девчонка в золотом платьице — сестра Артуро ДеВилля.

Я медленно поворачиваюсь и смотрю на девушку в блестящем. Она продолжает говорить, возбужденно размахивая руками, на запястьях болтаются многочисленные золотые браслеты. Я сосредотачиваюсь на ее губах.

«Он умирает из-за раны в груди. Той самой, которую он получил, когда сражался с ее подругой в волчьем облике.»

Я смотрю на своего второго командира.

— Ты уверен?

— Да. Хочешь, я позвоню Аджелло и скажу, что ты не будешь этого делать?

— Пока нет.

Я снова поворачиваюсь к Сиенне ДеВилль, делаю еще один глоток виски и жду, что продолжения про человека-волка.

«Она вбегает в комнату и видит, что он весь в крови. Бам! Клиффхэнгер. Что скажешь?»

Блондинка наклоняет голову, поэтому я не могу уловить ее ответ. Она смеется, затем кивает головой в сторону толпы, говоря что-то еще.

— Я так не думаю, — отвечает сестра Артуро. — Я видела только несколько его фотографий, но они были сделаны со спины. Надеюсь, он горячий. Но даже если нет, ничего страшного. Судя по тому, что я здесь вижу, он при деньгах. Не могу дождаться, когда начну тратить их. Так волнующе!

Она хихикает и тянется за своим напитком. Я качаю головой и поворачиваюсь, намереваясь найти Филиппа и попросить его позвонить Аджелло. Если я чего и не выношу, так это золотоискателей. И я не собираюсь обременять себя ни одним из них, к черту бизнес. Я бросаю последний взгляд на кабинку. Блондинка наклонилась в сторону, что-то ищет в своей сумочке. Нино все еще возится со своим телефоном. Но самое главное, что привлекает и удерживает мое внимание, — это выражение лица Сиенны ДеВилль. Вместо озорной улыбки, которая была всего несколько секунд назад, ее лицо совершенно пустое. О напитке, который держит в руках, она, кажется, забыла, так как безучастно смотрит куда-то перед собой.

Когда один из органов чувств ослабевает, организм приспосабливается, усиливая те, что у него остались. У меня было два десятилетия, чтобы адаптироваться и отточить различные способы восприятия. Язык тела. Выражение лица. Взгляд человека. Все это говорит гораздо больше, чем слова, которые люди произносят на самом деле. Я подношу бокал к губам, наблюдая за девушкой. Ее наряд может сверкать, как рождественская елка, но в ее глазах нет даже намека на искру. Нет, Сиенна ДеВилль не в восторге от идеи замужества так же, как и я. Что бы она ни говорила.

Блондинка достает из сумочки телефон и снова поворачивается к сестре Артуро. Сиенна улыбается, обнимая подругу и позируя для фото, и смеется. Мне кажется, я никогда не видел, чтобы человек так быстро менял выражение своего лица и язык тела. Кажется, что она искренне радуется, и как бы ни старался, я не могу определить, какое из этих выражений было истинным.

— Ну что? Он здесь?

Нино игнорирует меня, слишком сосредоточившись на своем телефоне.

— Нино! — Я щипаю его за руку.

— Чего тебе?

— Попов здесь?

Он закатывает глаза и оглядывается по сторонам.

— Нет, не здесь. Как я уже говорил тебе по меньшей мере семь раз за последний час.

— Уже два часа прошло. Почему его здесь нет? Это же его клуб.

Нино что-то бормочет и снова смотрит на свой телефон.

Вздохнув, я хватаю Луну за предплечье.

— Пойдем потанцуем.

Я тяну подругу к танцполу, покачивая бедрами в такт. На четырехсантиметровых каблуках это трудно, но я стараюсь изо всех сил. Танцующих не так много, может быть, человек двадцать, и многие из них бросают в мою сторону любопытные взгляды.

Я привыкла к тому, что люди смотрят. Это неизбежно, учитывая мой выбор одежды. Ну и пусть смотрят. Пусть верят в то, что я такая — беззаботная девушка, настолько уверенная в себе, что пришла в элитный клуб в блестящем наряде и чувствует себя при этом прекрасно.