09:29, Бьянка: Михаил Орлов. Когда ты вернешься? И что ты вообще делаешь в Мексике?

Следующее сообщение от мамы. Я открываю его, и длинный текст заполняет весь экран. Я издаю тяжелый вздох, уменьшаю размер шрифта и приступаю к чтению ее эссе.

07:44, мама: Ты вчера была такой красивой. Все говорили об этом. И то платье стоило каждого потраченного пенни. Мама Каталины спросила меня, где мы его купили, чтобы она могла заказать такое же для Каталины. Эта женщина всегда все перенимает у нас. Терпеть ее не могу. Жаль, что все закончилось так внезапно. Не могу поверить, что в Фредо стреляли и он погиб, но лучше уж он, чем кто-нибудь другой. Ему было далеко за восемьдесят. Ты заметила, что Лука Росси пришел один? Симона никогда меня не любила, но пропустить твою свадьбу? Никогда не понимала, как эти двое сошлись вместе. Для такого мужчины, как Лука, это позор – оказаться с такой стервой, как она. Кто-то должен сказать, что ему пора подстричься, это просто неприлично. Ради всего святого, он же капо.

Я закрываю глаза и вздыхаю. Приоритеты моей мамы всегда были довольно странными. Это не ее вина. Если бы она не была женой капо, я уверена, она стала бы серийным убийцей или кем-то вроде того. Не то чтобы ей поставили диагноз, но я почти уверена, что моя мать – пограничный социопат. Интересно, в какой момент своего сообщения она спросит меня, как я справляюсь с тем, что замужем за незнакомцем. Я продолжаю читать ее текст длиной в роман.

Раз уж с балетом покончено, теперь у тебя будет больше свободного времени. Мы могли бы как-нибудь вместе сходить по магазинам. Я уверена, что это занятие пойдет тебе на пользу. Не представляю, о чем думал твой отец, когда согласился выдать тебя замуж за этого человека. Честно говоря, я рада, что вчера была без очков, поэтому не так хорошо видела. Вчера утром я снова попробовала надеть контактные линзы, но у меня начали чесаться глаза. Возможно, мне стоит попробовать другого производителя. Аллегра говорит, что он уродлив. Это правда? Ты должна была выйти замуж за Маркуса…

Я отпиваю небольшой глоток кофе. Аллегра… Вечно сует свой нос в чужие дела. Нет, это неправда. У мужчины один глаз, и что с того? Он же не лишен половины мозга, как Маркус. Что касается его характера… не могу сказать. Мы не так много общались, поэтому я не могу знать наверняка, что он за человек. Но когда раздался первый выстрел, он закрыл меня и мою сестру своим телом. А это говорит о многом. Я неохотно дочитываю до конца.

Как он с тобой обращается? Если он повысит на тебя голос, просто дай мне знать, и я попрошу твоего отца поговорить с ним. Никто не посмеет неуважительно относиться к дочери капо. Пожалуйста, предохраняйся, ты еще слишком молода для детей. Люблю тебя.

Ага, как будто мой отец меня уважает.

09:42, Бьянка: Все в порядке. Я дам тебе знать насчет шопинга.

Я убираю телефон и тянусь за чашкой кофе, когда дверь в спортзал открывается и оттуда выходит Михаил. Мне стоило невероятных усилий не уронить челюсть на пол. Вчера на нем был костюм, но даже под пиджаком я заметила, как великолепно он сложен. Сейчас на нем спортивные штаны и футболка с длинными рукавами, которая обтягивает его невероятно широкие плечи и мускулистые руки. Само олицетворение мужской силы.

– Я пойду приму душ, а потом мы сможем забрать твои вещи, – говорит Михаил и идет в сторону своей спальни.

Я провожаю его взглядом, чувствуя себя немного неловко. В танцевальном коллективе было много парней, и все они были в прекрасной форме, но никто из них не выглядел так, как Михаил. Я никогда не встречала никого, кто выглядел бы так же, как он. Он, наверное, мог бы часами отжиматься от скамьи, при этом даже не вспотев.

Через тридцать минут, когда я выхожу из комнаты в своем «сногсшибательном» наряде: футболка, штаны для йоги и блестящие туфли на каблуках, – Михаил уже ждет меня у двери. Я ожидала, что он снова будет в костюме, но, похоже, он сегодня не работает: на нем выцветшие черные джинсы и Henley, черная футболка с пуговицами и длинными рукавами. Этому человеку в самом деле нравится черный цвет и, судя по всему, длинные рукава.

В гараже Михаил подводит меня к огромному внедорожнику. Я уверена, что это не та машина, на которой мы приехали прошлой ночью, потому что я понятия не имею, как заберусь в нее на своих каблуках. Пол находится по меньшей мере более чем в полуметре от земли.

Михаил открывает мне дверь, и я протягиваю руку, чтобы ухватиться за что-нибудь, что помогло бы мне подняться, когда его руки обхватывают меня за талию.

– Подсадить? – спрашивает он совершенно серьезно, его лицо всего в нескольких сантиметрах от моего.

Не дождавшись моего ответа, он просто поднимает меня, усаживает на сиденье и закрывает дверь.

– Ты все нашла, что тебе было нужно прошлой ночью? – спрашивает он, садясь в машину. – Я попросил домработницу купить тебе все необходимое.