Она задыхается, ее руки на его груди дрожат, когда они спускаются вниз по его животу, чтобы расстегнуть джинсы.

Я обхватываю ее рукой, чтобы прикоснуться ее киску, беру ее клитор между большим и указательным пальцами и целую ее плечо.

— Вот так. Ты молодец, — говорю я.

На лице Грегори односторонняя ухмылка, и он терпеливо ждет, пока она снимает с него джинсы и смотрит вниз на его готовый член. Обхватывает его и облизывает губы.

Я кладу одну руку ей на плечо и толкаю ее на колени, она открывает рот и принимает его в себя, а Грегори кладет одну руку ей на макушку, словно благословляя ее.

Он закрывает глаза и выдыхает.

Я пересаживаюсь на диван, беру свой виски, пью, смотрю, как она сосет его член, как он берет ее затылок и держит, проталкиваясь глубже.

Она сопротивляется, упираясь в его бедра.

Рука Грегори вцепилась в ее волосы, удерживая ее на месте.

— Полегче, брат. Это ее первый член, который она отсосала.

— Итак, она почти девственница, — говорит Грегори, освобождаясь от ее рта, садится на диван и берет свой напиток.

Хелена остается стоять на коленях между нами.

— Ты не заставишь ее кончать, пока я не скажу, — говорю я Грегори, — И не целуй ее в рот. Никогда.

— Понял, — он опускает свой бокал, — Встань, — говорит он ей.

Хелена смотрит на меня, и я киваю ей. Она встает.

— Теперь иди сюда.

Послушно она идет к нему.

Он берет ее за бедра и притягивает ближе, большими пальцами раздвигая губы ее влажной киски. Он наклоняет голову и лижет, она задыхается и хватается за его плечи, чтобы остаться на ногах.

Одним рывком он заставил ее расположиться на нем, ее колени по обе стороны от его бедер. Он берет один сосок в рот, а она все еще держится за его плечи, наблюдая за его макушкой, и мгновение спустя он отстраняется, чтобы посмотреть на меня.

— Трахни ее киску. Я хочу ее задницу.

Я встаю, двигаюсь за ней и наматываю ее волосы на кулак, поворачиваю ее так, чтобы она смотрела на меня. Целую ее, пока мой брат притягивает ее к себе, и в тот момент, когда он прижимается к ней, я краду ее выдох, глотаю его.

— Она крепкая, брат, — говорит Грег, его голос хриплый.

— Так и есть. Тугая и влажная, — я разминаю ее сосок, вращая его между пальцами. Когда ее дыхание сбивается, я сжимаю его, — Если ты кончишь на его члене, я накажу тебя, поняла?

Она кивает, а Грег улыбается.

Я исчезаю на кухне, возвращаюсь через минуту с бутылкой оливкового масла и стягиваю с себя джинсы и трусы.

Грегори обхватывает ее бедра и опускается на колени на пол.

Я стою на коленях позади нее, смотрю, как она втирает оливковое масло на мой член, и понимаю, что ей требуется все, чтобы не кончить прямо сейчас. Я слышу это в том, как она дышит.

— Скоро, Хелена, — говорю я.

Она откидывает голову назад и целует меня: — Я не могу. Пожалуйста.

— Тебе лучше, — я качаю головой. С этим я закрываю ей рот и размазываю оливковое масло по ее тугой маленькой попке.

Она мяукает. Снова умоляет.

— Черт, она сейчас кончит, — говорит Грег, — я чувствую это.

Я шлепаю Хелену по заднице одной рукой, одновременно вводя в ее задницу один смазанный палец.

— Ты готова принять нас обоих?

Она кивает, потому что она на грани.

Она немного наклоняется вперед, предлагая мне свою задницу, в то время как она обхватывает плечи Грега.

Я нажимаю на второй палец, чтобы размазать масло внутри нее. Смотрю на брата, киваю, он вытаскивает свой член, и когда он это делает, я вхожу, и она вскрикивает от боли или удовольствия, или от того и другого вместе.

Грег берет в руки ее лицо, смотрит на нее мгновение, затем поворачивает его, целует ее шею прямо под ухом, пока я проникаю глубже, и она снова вскрикивает, ее тугая попка сжимает мой член.

— Впусти меня, Хелена. Расслабься.

Потянувшись, провожу по ее мокрому клитору, и мгновение спустя она испытывает свой первый оргазм. Я вхожу в нее, и она откидывает голову назад на мое плечо, и я вижу, как ее ногти впиваются в плечи моего брата. Ее глаза закрыты, и она кончает так сильно, и я понимаю, что не смогу долго продержаться.

— Блядь.