Спешно обошла кровать и с головой залезла под одеяло, дрожа от страха. Кирилл, что же ты наделал. Мне было плевать, что ждёт меня, больше пугала неизвестность. Я понятия не имею, как там сейчас мой муж и что с ним сделают, если поймают. А они поймают. В этом моя вечная проблема, я никогда не думала о себе. Мне постоянно нужно о ком-то заботится, выворачивая для человека душу и отдавая все свои силы. Машка говорит, что я просто наивная идиотка, трудно не согласиться, но я всё равно продолжая постоянно жертвовать собой ради других людей. С этими тревожными мыслями я впала в беспокойный сон, ощущая сладковатый приторный аромат, от которого как будто захмелела голова.

Проснулась от того, что стало трудно дышать. Разлепила глаза, теряясь в пространстве и какое-то время не понимая, где я нахожусь, и что происходит. За окном темно, значит ещё раннее утро. Еле повернула затёкшую шею и поняла, что на моей груди покоится мужская голова, а оголённый живот накрывает большая ладонь. Чёрт, похоже он уснул, так и не добравшись до своей комнаты. Сердце заколотилось, как сумасшедшее, к щекам прилила кровь. Самое ужасное, я не ощущаю неприязни. Скорее, напротив, ощущаю приятное покалывание в местах, где его кожа соприкасается с моей. Заёрзала, пытаясь высвободиться и хоть немного вздохнуть, чем потревожила его сладкий сон.

Царёв поднял голову, часто моргая и судя по всему, тоже слабо понимая, что происходит.

– Дерьмо, – рыкнул он, убирая от меня руки и отстраняясь. – Я что уснул тут?

Кивнула головой, зависнув на его мышцах, которые перекатывались по телу с каждым его движением.

– Камиль, – прохрипела я, заметно нервничая. Прокашлялась и собралась с силами. – Камиль, не трогай пожалуйста Кирилла. Умоляю тебя, – глаза начало пощипывать. – Делай со мной, что хочешь, можешь убить меня, только не трогай его, – смотрела куда-то в область его ключиц, не в силах заставить себя взглянуть в  ледяные глаза.

– Голову подними, – приказал, облокачиваясь локтём о подушку.

Выполнила его приказ и столкнулась с взглядом, полным непонимания и интереса. Он смотрел на меня изучающе, как на какую-то диковинную зверюшку, не скрывая своего удивления.

– Ты готова подставить свою задницу, защищая его? – медленно произнёс он, обращаясь больше к себе, чем ко мне. – Охренеть, да что с тобой не так? – усмехнулся, почесав щетинистый подбородок. – Ты в курсе, что он всех шлюх в городе перетрахал? Кстати сегодня же отправишься ко врачу, – пробасил Камиль, вонзая нож в самое сердце.

– Уже знаю, – произнесла одними губами, проглатывая ком в горле.

– И всё равно, готова на всё, лишь бы твоего драгоценного не трогали? – не верил своим ушам, расширяя свои чёрные омуты.

Молча кивнула головой, стараясь вынести этот гнетущий взгляд.

– Что ж, милая, ты сама подписала себе приговор.

– Что это значит? – поджала ноги и попыталась слиться с изголовьем кровати до такой степени, что почувствовала боль в лопатках.

– Это значит, что ты теперь будешь делать всё, что я скажу. Ты бы конечно и так это делала, но сейчас ты на это согласилась добровольно. И ради кого, кто бы мог подумать? – залился грудным смехом, посмотрев на меня, как на идиотку.

Нервно сглотнула, понимая, что лучше так, чем переживать за судьбу Кирилла.

– Ну давай, приступай, – нагло сверлил меня взглядом, скинув с себя одеяло.

– Не поняла, – прошептала хриплым голосом, нервно сглатывая.

Камиль ничего не ответил, лишь изогнул бровь и указал пальцем на своё достоинство, которое уже выпирало из под ткани брюк.

На секунду зависла, соображая, чего именно он от меня  хочет, а когда поняла, захотелось заскулить от обиды. Но нытьё мне ничем не поможет. Я прекрасно понимаю, что мне придётся смириться со своей участью и выполнять все его приказы, потому что другого выхода у меня просто нет.  Никогда не могла поверить, что люди способны так относиться к себе подобным только потому, что у них больше возможностей и власти. Это же не по-людски, как ему самому не противно? Луше бы меня просто пристрелили в первый день, это было бы самое гуманное, что он мог для меня сделать.

Медленно подползла к Царёву, дрожащими руками начиная расстёгивать его ремень. Он вальяжно закинул руки за голову, с интересом наблюдая за происходящим, что только сильнее вгоняло меня в краску и заставляло трястись, как школьницу на выпускном.