Она сделала один шаг назад, упрямо вздернув подбородок, и посмотрела направо. В баре мы стояли плечом к плечу, и у нас была толпа свидетелей этой стычки. Она должна была обслуживать этих придурков так же, как и я, и, если она сейчас потеряет лицо, они устроят из-за нее бунт во время ее следующей смены.

Я глубоко вздохнула и подавила свой гнев.

— Послушай, у меня был дерьмовый день, и ничто из того, что я могу сказать, не изменит того факта, что я опоздала. Прости, что сорвалась.

— Просто не делай этого снова, — сказала она, прежде чем уйти.

Нина бочком пробралась, с другой стороны, от меня и я смотрела, как она уходит.

— Хорошо ответила.

— Спасибо.

Я нажала несколько кнопок на нашей кассе сильнее, чем это было необходимо, пытаясь взять себя в руки. Зазвенели динамики, и на экране высветился мой идентификатор сервера, сообщая мне, что я зарегистрирована.

Нина наклонилась ближе и понизила голос.

— Я думала, у тебя будет лучшее настроение после проведенной ночи.

Мой позвоночник напрягся. Я взглянула вниз и увидела развратную улыбку на ее прекрасном лице.

— Кто тебе сказал?

Она начала отсчитывать по пальцам.

— Сначала моя сестра написала мне смс. Потом я услышала это от Салли, когда заступила на ее смену, — она кивнула в сторону бара позади меня, — а потом Роб, Стив и Дерек спросили, знала ли я, что вы с Джейкобом трахаетесь.

— Что ты им сказала?

— Что я твой лучшая подруга, так что, конечно, я знала. — Она заметила выражение моего лица, и веселье покинуло ее. — Так вы двое действительно…?

Я кивнула.

Она шлепнула меня по руке и наклонилась ко мне.

— Почему, черт возьми, ты мне не сказала?

— Это долгая история, — сказала я. — Рассказать после закрытия?

Ее темные глаза вспыхнули.

— Естественно.

Краем глаза я заметила какое-то движение. Кто-то уже подзывал меня, чтобы я налила еще. Я сделала шаг в их сторону, но Нина схватила меня за руку. Я снова повернулась к ней.

— Просто скажи мне, было ли это так хорошо, как мы себе представляли, — сказала она.

Мы с ней провели неприлично много времени, сидя у бассейна и обсуждая, кто из членов «Королей» был бы лучшим в постели. Джейкоб обычно попадал в пятерку лучших. Какими наивными мы были.

Я понизила голос и наклонилась к ней.

— Это было лучше.

Она моргнула.

— Ни за что.

Тогда у меня возникло воспоминание, не первое за этот день, о том, как Джейкоб теребил мои волосы, трахая меня сбоку. Отголосок оргазма, который он мне подарил, прокатился по моему телу, вызывая дрожь.

Нина заметила это и отпустила мою руку.

— Срань господня. Так хорошо?

Я кивнула с мрачным выражением лица.

— Настолько хорошо.

Вот почему вместо того, чтобы пытаться обуздать свой темперамент раньше, я дала ему волю. Я беспокоилась, что если бы хоть на секунду забыла, кем на самом деле был Джейкоб, то оказалась бы в чулане какого-нибудь уборщика в «Магнолии», пришпиленная к стене с полками, когда он лишил меня разума во второй раз менее чем за сутки.

— Ты собираешься снова с ним встретиться? — спросила Нина.

— Я искать встречи не буду, — сказала я. — Это было всего лишь раз. Мы можем перестать говорить об этом?

Она кивнула.

Я пошла наполнять напитки.

К сожалению, все хотели поговорить об этом. Джейкоб рассказывал мне, что у нескольких членов Королевской семьи были родственники в «Магнолии». Оказалось, что этим старым занудам не нашлось ничего лучшего, как позвонить своим родственникам в ту секунду, когда я проходила мимо с Джейкобом, и сказать: «Вы никогда не поверите, кому устроили грандиозную экскурсию по этому месту».

Не один клиент обронил в мой адрес слово «парень». Каждый раз это поражало, как бомба. Внутри клуба люди либо трахались, что означало, что у тебя был беспорядочный секс без каких-либо условий с кем ты хотел в любую ночь, либо у тебя была «старуха» что означало, что вы были связаны на всю жизнь, как какая-нибудь пара оборотней. Насколько я могла судить, золотой середины не было.

Оказалось, что Джейкоб никогда раньше не обзаводился «старухой» — я сделала мысленную пометку жестоко убить первого человека, который попытается так меня назвать, — и тот факт, что он сделал исключение для меня, считался большим событием. Мои клиенты относились ко мне с новообретенным почтением, которое вызывало у меня желание что-нибудь выпить.

Один из молодых членов клуба сунул мне пятидолларовую купюру после того, как я налила ему двухдолларовую порцию самого дешевого виски, которое было у нас в заведении, а затем сказал:

— Сдачу оставьте себе, мэм.

— Я зарабатываю на жизнь работой, — огрызнулась я.