Я несколько раз спрашивала ее, не хочет ли она переехать, у нас обеих были деньги, но она продолжала говорить мне "нет". Она просто сказала, что вид этой ванной напомнил ей, что она никогда больше не хотела бы чувствовать себя так. Она не собиралась позволить своему расстройству разрушить место, где она чувствовала себя в безопасности.

— Она назвала тебя сукой? Господи, Риггс, расскажи о жестокой любви.

— Я думаю, это то, что мне нужно. Она сказала что-то о том, что это мой защитный механизм. Я автоматически перехожу в режим стервы, когда чувствую угрозу или уязвимость. В этом есть смысл, так что, думаю, эта мне нравится, - отвечает она.

У Риггс было диагностировано биполярное расстройство I.

Это расстройство настроения. Вы страдаете от тяжелых периодов депрессии и мании. Это не означало, что она была похожа на халка и слетела с катушек. Это просто означало, что, когда она испытывала манию, она находилась в состоянии эйфории. Это была тусовщица. Импульсивная, на вершине мира, дерзкий настрой, который она не могла контролировать. Это была та самая Риггс, которую мы все знали. Гиперсексуальность и невидимая атмосфера, которую она несла.

Но когда она достигла дна, вот тогда-то и воцарилась депрессия. Она могла неделями страдать от приступов мании, а потом в один прекрасный день проснуться на самом дне. Это то, что она никогда не позволяла мне увидеть. Все, что я получила, - это проблески. Сонливость и вялое настроение.

После психотерапевтического обследования и того, как врач поставил ей диагноз, она как будто почувствовала облегчение, узнав, что не сошла с ума. Существовал законный дисбаланс. Была причина, по которой она так себя чувствовала. Возможно, это было лучшее, что можно было сделать из ее инцидента. Она получила ответы.

Количество исследований, которые я провела за месяц, было сумасшедшим. Я читала статьи, опубликованные врачами, блоги людей с биполярным расстройством. Я даже связалась со специалистом, чтобы узнать, что мне нужно знать о том, как поддержать ее в этом.

Самая большая проблема, о которой беспокоилась Риггс, заключалась в том, чтобы на нее не навесили ярлык из-за ее расстройства. Она не хотела быть девушкой с биполярным расстройством. Или девушка, которая пыталась покончить с собой.

Она просто хотела быть Аурелией.

Прошла неделя с тех пор, как мы вернулись из больницы. Мой папа спал на нашем диване в гостиной, а я в данный момент лежала лицом к лицу с Аурелией в своей кровати. Мы обе не спали и просто смотрели друг на друга.

Бинты на ее запястьях торчали из кофты, в которую она была одета, а мое лицо было слегка влажным от слез. Я уже сказала ей, что она не обязана объяснять мне почему. Я просто хотела быть рядом с ней.

Первое, что она сказала мне, когда очнулась в больнице, было то, что ей очень жаль. Она извинилась передо мной. Риггс хотела умереть, и она извинилась передо мной. Если бы это не вызывало неодобрения, я бы ее ударила. Если кто-то и сожалел, так это я. Мне было жаль, что я не заметила, что она нуждалась в помощи.

— Прекрати. Я знаю, о чем ты думаешь. Это была не твоя вина, Салли.

Я пытаюсь улыбнуться, но, вероятно, это так не выглядит.

— Я просто хотела бы сделать для тебя больше. Жаль, что я не могла лучше понять, что происходит.

Она вздыхает, переворачивается на спину и смотрит в потолок. Несколько слезинок скатываются из уголков ее глаз.

— Ты не могла знать. Я скрывала от тебя плохие дни. Дни, когда всего было слишком много. Я сказала тебе, что встречалась с парнем, но на самом деле я просто гуляла по городу. Ты никак не могла меня остановить. Я не хотела, чтобы ты знала.

Я вытираю слезы со щек, шмыгая носом, пытаясь собраться с мыслями.

— Зачем ты это сделала? Что случилось в тот день, что заставило тебя это сделать?

— Я сделала это, потому что всю свою жизнь я была нечувствительна к чувствам и хотела что-то почувствовать.

Я молчу, не желая нарушать ход ее мыслей или прерывать.

— Мои родители никогда не любили меня. Они все еще этого не делают. Меня никогда не обнимал ни один родитель или друг, пока я не встретила тебя. Меня воспитывали няни, которые больше заботились о зарплате, чем о моем благополучии. Я выросла в теплице, Салли.

Она переворачивается на спину, снова поворачиваясь ко мне лицом, из ее глаз капает еще больше слез. Она вытирает их, прежде чем продолжить.

— Все шутят, что я ледяная королева, но правда? Холодно быть ею. Со мной что-то не так. Я не могу впускать людей. Я чувствовала себя такой недостойной тебя и младшего. Всю свою жизнь я чувствовала себя такой недостойной той любви, которую вы двое дарите мне. Я хочу впустить любовь, но чувствую себя такой неспособной сделать это. Я хочу чувствовать.

Я обнимаю ее, притягивая ближе к себе. Я позволяю ей поплакать мне в плечо, она немного смеется.