— Я ухожу. Сейчас. - бормочет она. Валор поворачивается и начинает идти к выходу, убегая от меня так быстро, как только возможно. Я не могу позволить ей снова уйти, не извинившись. Это физически убивало меня.

— Подожди, Валор, подожди! - Кричу я, быстро идя, чтобы догнать ее, и хватаю ее за запястье. Поворачиваю ее лицом к себе и замечаю румянец на ее щеках. Ее глаза стали мягче, и они кажутся стеклянными. Клянусь, если она заплачет, я сломаюсь на глазах у всех этих людей.

— Мне нужно кое-что сказать, просто позволь мне сказать это, и я оставлю тебя в покое.

Я смотрю, как она закусывает губу, вырывает свою руку из моей хватки и смотрит на меня с такой грустью в этих зеленых глазах, которые я люблю, что это разбивает меня еще больше. Люди вокруг нас проходят мимо, как будто мой мир не качается на оси, как будто мы не две души, сталкивающиеся друг с другом, кажется, в сотый раз.

— Нет, пошел ты. Что бы ты ни собирался сказать, это не заставит меня чувствовать себя лучше, это только заставит меня чувствовать себя хуже. Ты только хочешь заставить себя чувствовать лучше из-за того, что был дерьмовым парнем или что бы это ни было, черт возьми. Так что не стой тут и не веди себя так, будто все, что ты собираешься сказать, предназначено для меня, а для твоего долбаного чувства вины.

Одна слеза скатывается с ее глаза, и она вытирает ее. И снова она начинает уходить от меня. К черту это дерьмо. Она стоит ко мне спиной, пока мой голос доносится до нее.

— Речь никогда не шла о том, чтобы рассказывать людям о нас! Это не имеет к тебе никакого отношения, Валор! - Я выкрикиваю это перед всеми этими случайными людьми в Калифорнии. Люди, которые наслаждались своей ночью, а теперь втянуты в реальный эпизод "Дни нашей жизни".

Но мне было все равно.

Я устал скрывать свои чувства к ней не от всех остальных, а от самого себя.

Она замирает, оборачиваясь, чтобы посмотреть на меня, как и все остальные эти люди. Я иду к ней, игнорируя взгляды.

— Господи, Бишоп, потише, ладно? Люди собираются продать это дерьмо прессе за кусок пиццы. Я не хочу быть с тобой на первой полосе чикагских новостей. - Она изо всех сил старается скрыть свое лицо от окружающей аудитории, но меня это не смущает.

— Я помню время, когда это было все, чего ты хотела. - Произнесение этого вслух отнимает у меня частичку души, которую я никогда не получу обратно.

Нервно оглядываясь по сторонам, она прикусывает щеку. 

— Ну да, дерьмо меняется.

Я улыбаюсь, склонив голову набок. 

— Не твое. Ты человек привычки, Валор Салливан.

Мои глаза смотрят на ее шею, видя золотую цепочку, скрывающуюся под толстовкой. Я протягиваю руку вперед, вытаскиваю ее и держу кулон. Мой большой палец проводит по гравировке; знакомый металл приятно ощущается под моими пальцами.

— Ты все еще пользуешься тем же шампунем. - Я знаю, потому что чувствую этот запах, и он напоминает мне о том, как она легла спать с мокрыми волосами. Мой голос тихий, почти шепот. Вся борьба во мне исчезла.

— У тебя тот же плейлист для разминки, что и в двенадцать лет.

Я знаю, потому что я слушал это снова, и снова, и снова. Я тихо смеюсь, отпуская ожерелье.

— Держу пари, костюм фламинго, до сих пор не заметил, что ты считаешь трещины на тротуаре по дороге домой. Но дай угадаю, красавчик никуда не ходит пешком, у него есть личный водитель, который смазывает его задницу для…

Она закрывает мне рот рукой.

— Пожалуйста, просто... - Она качает головой, и я могу сказать, что она пытается не заплакать. — Заткнись нахрен и говори то, что ты должен сказать. Я хочу поскорее покончить с этим.

Я киваю, убирая ее руку со своего лица, позволяя ей упасть, и она обхватывает себя руками, чтобы успокоиться. Я делаю глубокий вдох, пытаясь придумать, как начать это, и просто соглашаюсь с тем, что, по моему мнению, кажется правильным.

— Я никому не говорил, потому что ты напугала меня до чертиков.

Это правда, но я вижу, что она мне не верит. Она усмехается.

— Я не знала, что тебя так легко напугать.

Я провожу рукой по волосам, затем по лицу,

— Валор, я видел, как мой отец превратился в зомби после смерти моей мамы. Вот что любовь сделала с ним, со мной. Любовь никогда не равнялась для меня счастливому концу. Я никогда не хотел, чтобы кто-то имел такой контроль над моим сердцем. Потом ты выросла, Валор, и у тебя был вкус лимона, а твой смех звучал как песня, которую я когда-то слышал и целую вечность пытался вспомнить... - Я замолкаю, зная, что буду говорить часами, если не остановлюсь на этом. Я смотрю на землю, потом снова поднимаю глаза.

— Я боялся того, кем стану, если позволю себе полюбить тебя, а потом ты уйдешь. Ты ушла, и я понял, что я уже был в...

— Остановись, пожалуйста. Пожалуйста, Би, просто остановись. Не заканчивай это предложение. - Ее голос надтреснутый и слабый. Я хочу подхватить ее на руки и обнять. Но это уже не моя работа, это работа придурка. Он - утешение, которого она ищет, а не я.