Вот он с этой дерьмовой ухмылкой, которую я так люблю. Идеально расположенные белые зубы, даже солнце заплатило бы за то, чтобы отражаться в них. Вот кто он такой, Солнце. Всегда оставляет меня слепой. На него очень больно смотреть, и его трудно игнорировать из-за страха замерзнуть.

Мой желудок взрывается хаосом, как бабочки на стероидах, бабочки размером с Годзиллу.

Я медленно бегу к нему трусцой, пока не оказываюсь в пределах досягаемости. Я бросаюсь к нему всем телом. Я крепко обнимаю его за шею, его сильные руки сгибаются, когда они скользят вокруг моей талии. Он поднимает меня и кружит с радостным смехом.

— Я так чертовски горжусь тобой, Вэлли. - Его голос- шепот мне на ухо, от которого по коже пробегают мурашки. Я сжимаю его крепче, прежде чем он ставит меня на ноги и отстраняется.

— Это было потрясающе, Ви, Ты потрясающая. - Его глаза светятся восторгом, и я борюсь с румянцем.

Я игриво толкаю его. 

— Почему ты не сказал мне, что будешь на моей игре, придурок? - Спрашиваю я с улыбкой.

Он пожимает плечами. 

— Решил удивить тебя и твоих товарищей по команде, ты же знаешь меня, всегда святого, спасающего положение. - Он поворачивает голову в сторону моей команды, которая насилует глазами очень напуганных мужчин.

Я слегка смеюсь, закатывая глаза. 

— Твои товарищи по команде сказали бы, что ты полная противоположность святому, может быть, что-то похожее на маленького красного человечка с рогами и хвостом. - Я кладу пальцы на голову и высовываю язык.

— Дьявольски красивый. - Он по-детски подмигивает.

Он красивый? Абсолютно. Я собираюсь сказать ему это? Черт возьми, нет.

Он обнимает меня за плечи, притягивая ближе с усмешкой. 

— Должно быть, я забыл, что у тебя иммунитет к воздействию мальчиков. - Он счастливо вздыхает, как будто мое одиночество делает его счастливым.

— Надеюсь, так и останется, - вмешивается мой отец с веселым взглядом.

Я закатываю глаза, тыча Бишопа пальцем в бок и глядя на него снизу вверх. Мое тело подсознательно прижимается к его боку.

— Эй, сочувствую по поводу плей-офф. Я знаю, как усердно вы все работали.

Он смотрит на меня сверху вниз, ероша мои волосы, как будто я ребенок, отчего у меня закипает кровь. Хотя бы раз я хочу, чтобы он увидел во мне нечто большее, чем просто ребенка. Как равный ему, кто-то, с кем он мог бы быть. Как он может не видеть, что от его прикосновений все мое тело горит, черт возьми?

— Ах, это случается. Мы получим его в следующем году; просто нужно кое-что уладить, - отвечает он.

Я поднимаю бровь в приглашающем взгляде.

— Ты имеешь в виду, что Нико Джетту нужно вытащить голову из задницы? Выбор в первом раунде драфта и предсказанный победитель Колдер, но едва набрал сорок очков за весь сезон? К черту это дерьмо. Я удивлена, что клуб до сих пор не начала говорить о его обмене или продаже. - Бишоп начинает хихикать, а мой отец просто качает головой, скрывая смех.

— Ты не должна быть так сурова с ребенком, это его первый год, - вставляет мой папа с хитрой улыбкой.

Я вскидываю руки вверх. 

— Первый год или тринадцатый год, пап. Хоккей есть хоккей. Рост парня шесть футов два дюйма, вес двести сорок фунтов. Он достаточно велик, чтобы справиться с ударами. Все одно и то же: колледж, средняя школа, НХЛ, ты катаешься на коньках, пасуешь, забиваешь и добавляешь один или два удара. Он должен быть в состоянии играть. Если нет, отправьте его обратно в Бостон.

— Валор, - начинает мой отец, но я просто качаю головой, прерывая его.

— Я имею в виду, ты действительно не согласен со мной? - Я спрашиваю их обоих. Они стоят молча, оба с красными лицами, пытаясь удержаться от смеха. На моем лице появляется выражение замешательства.

— Что, черт возьми, с вами происходит? - начинаю я, но так и не заканчиваю, потому что жизнь решает показать Валор Салливан большой «Пошел ты» и средний палец.

— На самом деле во мне шесть футов три дюйма, и мне очень интересно узнать, согласны ли они сами.

Я вздрагиваю от мужского голоса позади меня. Ну разве это не просто здорово?

Мой взгляд немедленно устремляется к моему отцу и Бишопу за помощью, но эти идиоты смотрят куда угодно, только не на меня, пытаясь сдержать смех. К черту этих предателей.

Я облизываю нижнюю губу. Действительно не хочу оборачиваться. Мое тело протестующе ноет, когда я слегка поворачиваюсь, наблюдая, как он идет к моему отцу, который стоит передо мной с улыбкой кота, который съел канарейку.

Я съеживаюсь, когда Нико с самодовольным видом протягивает руку, чтобы пожать руку моего отца. 

— Рад познакомиться с вами, сэр. Меня зовут Нико, но я думаю, вы уже знаете это, - говорит он.

- К черту мою жизнь, - шепчу я, глядя в потолок. Мое лицо становится огненно-красным, когда я пытаюсь избежать его взгляда, который теперь направлен на меня. Рука Бишопа слегка сжимается на моем плече. Я предполагаю, что он пытается успокоить меня в моем состоянии смущения.