Одно от Святого Монарха подтверждает факт смерти и заявляет, что средства переведены на мой счет.

Два с половиной миллиона.

Другое сообщение от Виктора.

Я слышал новости. Так вот чем ты занимаешься, пока меня нет?

Я набираю ответ и усмехаюсь, нажимая кнопку "Отправить".

Мне нужно выпустить пар и просто позаботиться о проблеме, чтобы обеспечить вашу безопасность, босс.

Секунду спустя он отвечает.

Спасибо, Алек. Я удвою оплату в качестве вознаграждения за то, что ты проявил инициативу и выполнил работу.

С широкой ухмылкой на лице я возвращаюсь в поместье, чтобы поспать два часа перед важным днем со своей семьей.

_______________________________

Одетый в костюм, я еду в книжный магазин, чтобы забрать Винсента.

Мое сердце учащенно бьется при мысли о том, что я поведу своего сына покупать его первый костюм. Я только надеюсь, что ему будет удобнее, чем мне. Требуется некоторое время, чтобы привыкнуть к официальной одежде после трех лет ношения боевой формы.

Остановив G-Wagon возле магазина, я осматриваю окрестности и, не увидев Питера, спешно выхожу из машины и бегу ко входу.

Я распахиваю дверь и, увидев Питера, сидящего в углу с чашкой кофе, облегченно выдыхаю.

Он вскакивает на ноги и объясняет:

— Эверли заставила меня зайти внутрь, сэр. Отказа она не приняла.

Я усмехаюсь и жестом прошу его расслабиться.

Эверли выходит из-за ряда полок, и когда она видит меня, на ее лице расплывается прекрасная улыбка.

На ней светло-розовое платье, а волосы заплетены в косу.

Господи, я никогда не привыкну к тому, как она прекрасна.

— Винсент взволнован. Он не перестает спрашивать, когда ты заедешь за ним, — говорит она, но прежде чем она успевает направиться к задней двери, я хватаю ее за запястье.

Когда я притягиваю ее ближе к себе, ее глаза слегка расширяются, а губы приоткрываются.

— Доброе утро, моя маленькая любовь, — бормочу я, а затем наклоняюсь, чтобы поцеловать ее в щеку.

Мне требуется больше сил, чем у меня есть, чтобы не зацеловать ее до смерти. Каждая частичка моего существа должна стать единым целым с этой женщиной.

Глубоко вздохнув, я отстраняюсь, чтобы встретиться с ней взглядом. На ее щеках появляется румянец, а зрачки расширены.

Я вижу, что она хочет меня, но все же упорно держит на расстоянии. Это чертовски раздражает.

— Ты убиваешь меня, — шепчу я.

Она хихикает.

— Я ничего не делаю.

— Делаешь. — Уголок моего рта приподнимается. — И тебе это нравится.

Она бросает на меня игривый взгляд.

— Нет, я просто заставляю тебя работать ради этого.

Моя улыбка становится шире.

— Я люблю испытания, а ты стоишь каждого мучительного момента.

Я следую за Эверли в заднюю часть магазина, и когда Винсент видит меня, он издает радостный вопль. Мой мальчик вскакивает и бежит ко мне. Никогда раньше никто не выглядел таким счастливым, увидев меня.

Подняв его на руки, я прижимаю его к своей груди.

— Ты готов купить такой же костюм, как у папы?

Взволнованно он говорит:

— Да!

— Поцелуй мамочку на прощание, — приказываю я.

Он наклоняется к Эверли и запечатлевает влажный поцелуй на ее щеке.

— Пока, мамочка.

— Пока, малыш. Будь умницей для папочки.

Беспокойство наполняет ее глаза, когда она провожает нас до двери, и это заставляет меня сказать:

— Я буду писать тебе сообщения каждые десять минут. Нас не будет примерно пару часов.

Она кивает и, сделав храброе лицо, заставляет себя улыбнуться.

Прежде чем я успеваю остановить себя, я наклоняюсь и целую ее в губы. Это быстро, но чертовски сильно.

Наши взгляды на мгновение встречаются, прежде чем я говорю:

— Не могу дождаться третьего свидания.

Ее улыбка становится настоящей.

— Я тоже.

С переполненным от счастья сердцем я иду с сыном к G-Wagon для нашей первой прогулки.

Эверли

Глядя, как Алек уезжает с нашим сыном, я испытываю тревогу.

Тебе нужно дать им побыть наедине.

Я грызу ноготь на большом пальце, стоя у двери и провожая взглядом удаляющийся по дороге G-Wagon.

Боже, это будут долгие два часа.

Внезапно загораются стоп-сигналы, и через секунду машина делает разворот.

Они что-то забыли?

Алек дважды паркует G-Wagon и, опустив окно, кричит:

— Закрой магазин и поезжай с нами.

Мои брови взлетают вверх.

— Правда?

Он усмехается и кивает.

— Да. Мне неприятно сознавать, что ты будешь волноваться все время, пока нас не будет.