Тут, к его изумлению, заговорила Тень Смерти, которая вообще не должна была услышать сказанное им:

– Раз он предлагает, Скарлетт, возможно, стоит согласиться. Он мог бы…

– Нет, – повторила Скарлетт.

Ее голос сделался смертельно опасным, и она бросила на свою спутницу взгляд через плечо.

– Почему бы и нет, черт возьми? – проворчал Сорин, нахмурившись.

– Кто была та дама? – ласково спросила она, глядя на него из-под длинных ресниц.

Сорин скрипнул зубами.

– Не та самая, что в твоем сне.

Он мог бы поклясться, что в этот момент в ее льдисто-голубых глазах замерцали языки пламени. Посмотрев на ее запястье, которое все еще сжимал в руке, он обнаружил, что кольцо она не надела.

– Вот поэтому и нет, – прорычала девушка, проследив направление его взгляда. – Не стану я сотрудничать с лживым куском дерьма. – Быстрым умелым рывком она высвободилась из его хватки и повернулась к своей спутнице. – Держись от меня подальше, генерал. Я серьезно. Если только не собираешься рассказать мне, кто та дама, даже не подходи. А вздумаешь вмешиваться в мои дела, намеренно или нет, тобой займется она, пока я буду заканчивать то, что нужно сделать, – пригрозила Скарлетт, указав подбородком на маячащую рядом с собой Тень Смерти. – После чего я сама о тебе позабочусь.

Тень Смерти наклонилась и прошептала на ухо Скарлетт что-то, чего Сорин не расслышал. Скарлетт кивнула, и на его глазах женщина отступила и растворилась в тени. Она исчезла, прежде чем он успел сделать следующий вдох.

Он шагнул к Скарлетт, и она зарычала. Он невольно застыл, словно у него не было иного выбора. Ее инстинкты фейри взяли верх, хотя девушка об этом даже не догадывалась.

Фейри были достаточно умны и цивилизованы, но в то же время гораздо более первобытны, когда дело касалось инстинктов. Поэтому их органы чувств безупречно функционировали, и они чувствовали запахи и слышали лучше смертных. В них доминировала потребность защищать свою территорию, они могли превратиться в дикарей на полях сражений, когда позволяли инстинкту выживания взять верх над собой. Но рычание, подобное тому, что она только что издала? Это был приказ к отступлению, но он не был ее подчиненным.

Сорин приблизился еще на шаг, медленно, будто волоча ноги по грязи. Его лицо было жестким, бросающим вызов.

– Почему ты не сказала, что тебя обучали в Черном синдикате?

По ее лицу расплылась улыбка.

– О, так ты о нем слышал?

– Слышал? Да он хорошо известен даже в… – Он оборвал себя на полуслове. – Даже там, откуда я родом. Черный синдикат породил не одного отъявленного злодея и нечестивца. Говорят, сам король Деймас приложил руку к его основанию для своих темных делишек.

– Следи за языком, генерал. Мы не такие, какими кажемся. Во всяком случае, не совсем, – добавила она с ленивой усмешкой.

– Ты там выросла? Твоя мать была целительницей в этом районе?

При упоминании матери лицо Скарлетт ожесточилось, и она прищелкнула языком.

– Слишком много вопросов. Ты задолжал мне четыре, а сам не отвечаешь на один-единственный. Поэтому и я не стану ничем с тобой делиться.

Она сделала несколько шагов вправо, подбираясь к краю крыши. Сорин низко и грубо зарычал, но она лишь рассмеялась в ответ, словно он был щенком, который возится с игрушкой и воображает себя взрослым псом, и даже показала ему язык.

Не успела Скарлетт пошевелиться, как он схватил ее запястье и, притянув к себе, обнажил зубы. Обхватив ее рукой за талию, он прорычал ей в ухо:

– Как я погляжу, ни ты сама, ни твой язык так и не научились хорошим манерам. Я – генерал армии вашего короля и не потерплю подобного обращения.

Скарлетт с ухмылкой прижалась к нему, так, что он ощутил каждый дюйм ее тела. Бесспорно, она отлично умела пользоваться имеющимся в ее арсенале оружием!

– А я королю не подчиняюсь, – промурлыкала она и, склонившись к самому его уху, прошептала: – Осторожно, Сорин. Я кусаюсь.

Прежде чем он успел ответить, она вывернулась из его хватки с помощью маневра, которому он сам ее научил. Не переставая ухмыляться, она шагнула с крыши, и мгновение спустя он увидел ее бегущей по верху окружающей усадьбу стены. Она спрыгнула на землю, и никто из патрульных не то что не обернулся, даже не шелохнулся. Через несколько минут в покоях, которые, как он теперь знал, занимала она, зажегся свет.

Перебирая в памяти все, что только что увидел и услышал, Сорин уставился на ее окна, и тут в одном из них возникла Скарлетт, которая успела снять плащ и куртку. Она посмотрела на крышу, где он стоял… и отшатнулась.

– Она восхитительна, не правда ли?

Сорин вихрем развернулся на звук голоса, шелковистого и текучего, как мед, ожидая увидеть его обладательницу у себя за спиной, но крыша была пуста. Вдруг голос промурлыкал прямо ему в ухо, заставив замереть:

– Может, она и кусается, зато клыки у меня.