Аромат, который иногда примешивался к привычному запаху Сорина, выдавал его… возбуждение. По губам Скарлетт медленно расползлась ухмылка.

– Это может быть полезным инструментом, принц, – промурлыкала она.

Закрыв глаза, Сорин вздохнул с облегчением.

– Боги, никогда не думал, что буду так рад услышать твои язвительные комментарии.

Скарлетт рывком встала с его колен.

– Полагается ли мне обувь или я должна ходить по этому прекрасному дворцу босиком?

– Я распорядился, чтобы тебе подготовили одежду и другие необходимые вещи, а пока, полагаю, Камилла оставила для тебя пару шелковых тапочек у главной двери, – ответил Сорин, поднимаясь на ноги. – Чем изволите заняться, принцесса?

Скарлетт нахмурилась.

– Вообще, я хотела попросить тебя устроить мне небольшую экскурсию и показать, где что находится, но теперь передумала. Лучше научи меня управлять этой треклятой магией, чтобы я могла как следует надрать тебе задницу, если вздумаешь назвать меня так еще раз.

– Вот, значит, как? – протянул он, приподняв бровь, и в его глазах появился веселый блеск.

– Да, именно так, – подтвердила она, поворачиваясь, чтобы пройти в гостиную.

– Раз это стимулирует тебя к тому, чтобы овладеть своей магией, я буду называть тебя принцессой весь день, – поддразнил Сорин, проходя мимо нее и открывая дверь.

Когда он взялся за ручку, ее внимание снова привлекла татуировка на его левой руке. Она обвивала большой и указательный пальцы и выглядела незавершенной, как будто ему пришлось уйти в самый разгар ее нанесения.

– Ты не рассказал мне историю этой татуировки, – сказала она, вытягивая руку и проводя по темным линиям, вытравленным на его коже.

Сорин замер, наблюдая за ее движениями.

– Это традиционная метка фейри.

– Она кажется незаконченной, – заметила Скарлетт, наклоняясь, чтобы получше ее рассмотреть.

– Наверное, так и есть.

– Почему? – спросила девушка, переводя на него взгляд.

– Потому что я сам не знаю, во что в итоге она превратится.

Скарлетт в замешательстве сморщила нос.

– Разве не ты ее создал? Разве не ты решаешь, каким будет этот рисунок?

– Да, но до финала пока далеко, не так ли?

Скарлетт закатила глаза.

– Обычаи фейри чересчур мудреные.

Сорин подался вперед и быстро поцеловал ее в лоб.

– Позволь представить тебе твой дом, милая.

Сорин показал Скарлетт различные залы и помещения Фиерского дворца, включая комнаты для совещаний, где собирались советы, и кабинет, где он обычно работал. Хотя, по его собственному признанию, с львиной долей дел он разбирался по ночам в своих покоях.

Они заглянули в большой зал, где устраивались празднества и балы, потом вышли на территорию и осмотрели солдатские казармы, тренировочные ринги и конюшни. Сорин провел Скарлетт через сады на кухню, радуясь ее восторгу по поводу того, что цветы цветут даже в горах. Он удивленно смотрел на нее, когда она здоровалась с обслуживающим персоналом и спрашивала их имена, нисколько не сомневаясь, что она не запомнит их все.

– Это гостевое крыло, – объяснил он, шагая вместе с ней по коридору в восточной части дворца.

– Какие огромные комнаты, – воскликнула Скарлетт. Не сумев пройти мимо открытой двери, она остановилась на пороге. – Можно?

– Конечно, – ответил Сорин, жестом приглашая войти. Девушка медленно кружилась, осматривая гостиную, комнату для проведения досуга слева и дверь, ведущую в спальню.

– Ты определенно умеешь принимать гостей, – сказала она, уперев руки в бедра.

Сорин отвел взгляд от пальцев Скарлетт, которые коснулись кожи на животе, не прикрытой топом, и отбросил воспоминания о том, как сам дотрагивался до нее, пока девушка сидела у него на коленях и целовала его. Он пытался не сожалеть, что отказал ей, несмотря на желание уложить в постель и ласкать везде, где она попросит. Боги, она уловила запах его возбуждения быстрее, чем он ожидал. Не то чтобы его это удивляло, по зрелом размышлении…

– Можно мне эту? – спросила Скарлетт, выводя его из задумчивости.

– Ты о чем? – пробормотал он, не в силах скрыть потрясения. Она же несерьезно? Это ведь гостевое крыло.

– Ну, подозреваю, мне полагается комната, – медленно произнесла Скарлетт, внимательно наблюдая за ним.

– У тебя уже есть комната. Та, в которой ты спала последние несколько дней.

К черту приличия. Он не позволит ей поселиться в другом конце дворца. Об этом не может быть и речи.

Скарлетт склонила голову набок, и ее длинные волосы коснулись плеча.

– Ведь я здесь гостья, не так ли? Кроме того, разве та комната не твоя?

– Это твой дом, Скарлетт, – возразил он. Она по-прежнему стояла, уперев руки в бока, как принцесса, которой, в сущности, и являлась.

Девушка поджала губы, обдумывая его слова, и принялась водить пальцем по замысловатой узорной вышивке золотой нитью на обивке ближайшего кресла. Наконец она призналась чуть слышно: