Рассказал ли он ей, что она постоянно спорила с ним?

Рассказал ли он ей, как ее заставляли сидеть у его ног под столом?

О ее последней оценке?

Управляющая поместьем никогда не показывала, сколько ей известно, пока это не устраивало ее планы. Но сейчас все было не иначе. На ее лице застыла та же легкая усмешка, что и всегда, когда она отодвинула толстую папку в сторону и взяла другую стопку бумаг.

— Мы закончили? — выпалила Тесса, внезапно ощутила острую потребность двигаться.

Это не просто нервозность. У нее было такое чувство, что она действительно может умереть, если не сможет встать, пошевелиться, побегать, подышать свежим воздухом.

Кричать в небо.

— Нет.

— Что еще нам нужно сделать?

— У нас есть время до конца часа.

— И что же мы будем делать?

Становилось слишком трудно дышать.

И почему здесь было так чертовски жарко?

Тут есть окна, но они плотно закрыты и шторы задернуты.

— Делать то, что тебе говорят, — парировала она. — Не знаю, почему тебе так трудно это понять, Тессалин. Это вся твоя цель. Делай то, что тебе говорит Наследник. Помогай ему. Дай ему то, что он хочет, и не создавай проблем. А теперь посиди, пока не истечет наше время, и докажи мне, что последние два десятилетия не были пустой тратой моего времени и усилий.

Тогда она почувствовала это. Быстрый отток воздуха из легких. Тесса моргнула, и все исчезло. Недостаток кислорода не убил бы ее, но, безусловно, мать Корделия предпочитала именно такой способ донести свою точку зрения. Давать ей достаточно воздуха, чтобы оставаться в сознании, но удерживать достаточно, чтобы она чувствовала, будто задыхается.

Поэтому она сидела молча, заставляя себя не двигаться. Но вместо того, чтобы считать, она обнаружила, что вспоминает тексты песен, которые Аксель включил в эти долбанные плейлисты. Она могла бы продержаться еще одну песню.

Еще одну секунду.

Еще одну песню.

Еще один день.

Еще один год.

В конце концов, это не имело особого значения.

Она спотыкалась, когда спускалась по мраморным ступеням, жадно вдыхая ночной воздух. Ее волосы стали влажными от пота, а все тело дрожало от того, что она целый час просидела неподвижно, не в силах пошевелиться. Когда мать Корделия, наконец, разрешила ей уйти, она почти выбежала из комнаты. Скорее всего, она будет наказана за такой поступок во время следующей личной беседы с ней.

Снаружи кабинета ее не ждал страж, как она ожидала. Возможно, ей следовало его подождать, но она не могла оставаться внутри ни секундой дольше. Она чувствовала себя так, словно только что пробежала целый час с Теоном, и ее грудь не могла расширится настолько, чтобы впустить воздуха, который она пыталась вдохнуть.

Декс.

Она нуждалась в Дексе. Он единственный, кто может помочь ей пережить это. Он был прав. Она недостаточно сильна для этого. Не в одиночку.

Но рядом никого не было. Только она и опустившаяся ночь, окутавшая мир тьмой.

И даже здесь не хватало воздуха.

И она не могла просто стоять здесь.

Сбросив туфли, она пошла по тротуару. Она могла думать только о том, как выбраться из этих возвышающихся зданий, которые заманили ее в ловушку. А потом она уже не шла, а бежала по улицам. Она понятия не имела, куда направляется. Никто не окликнул ее, чтобы остановить.

Здесь фейри могли свободно передвигаться, и мало кто сразу узнал бы в ней Источник Ариуса. Скоро все изменится. Так много всего уже изменилось, но она осталась прежней. Ее все еще толкали в небытие. Все еще заперта в кабинете с управляющей поместьем. Все еще доставляла проблемы. Все еще каким-то образом создавала хаос, с которым не могла справиться сама.

Она бежала и бежала, на мгновение подумав, что, вероятно, могла бы убежать от Теона прямо сейчас. Ей и в голову не приходило, какие неприятности ее ожидают, потому что все, о чем она могла думать, это открытое пространство и свежий воздух, не запятнанный ожиданиями и требованиями.

Только опустившись на колени на берегу реки Уинфелл, она осознала, как далеко убежала.

Только тогда она почувствовала, что может дышать.

Вокруг нее находились деревья, и она обнаружила, что лежит на спине, глядя в небо. Звезды смотрели в ответ, мерцая и не обращая внимания на мир, который забыли боги.

Река протекала через Акрополь. Она, вероятно, находиться на расстоянии мили или двух от внешних стен. Она не до конца уверена, как ей удалось ускользнуть от патрулирующих часовых, но она также не знала, как ей удалось обойти защитные чары. Она не знала, сколько у нее осталось времени, но Теон найдет ее.

Он всегда находит.