- Ты очень красивая, - вдруг проговорил Вадим, усаживаясь передо мной на корточки. – Я не хочу причинять тебе боль, но ты должна понимать, что первый раз может вызвать у тебя дискомфорт.

- Я доверяю тебе, - твердо заявила я и, взяв Вадима за руку, притянула к себе.

Мы целовались долго, влажно и сладко. Кровь в ушах шумела так оглушающе, смывая внешнюю реальность, превращая ее в ни что. Вадим относился ко мне с невероятной осторожностью, будто опасаясь что-то сделать не так.

Я не могла ничего с собой сделать, мое тело само собой извивалось под Вороновым, просило чего-то большего, горело, скапливая это «пламя» между моих ног. О сексе я знала не так много, как, наверное, нужно было бы. Видела пару раз фильмы для взрослых, в том числе и тот раз, когда Петя в нашей квартире обхохатывался с этого зрелища. Но там всё было показано так мерзко, что хотелось отвернуться.

Вадим помог мне избавиться от водолазки и футболки. Мне было жарко, но кожа всё равно покрылась мурашки, словно бы от холода.

- Всё будет хорошо, - эти слова Вадим повторял всякий раз, когда ощущал дрожь в моем теле, явно не осознавая, что она возникала далеко не от страха.

Он целовал мои плечи, ключицы, руки. Каждый его поцелуй заставлял меня поверить в то, что я действительно красивая. Закрыв от ранее неизвестного мне удовольствия глаза, я запрокинула голову назад, открывая полый доступ к своему горлу.

- Моя маленькая, - зачарованно шептал Вадим, возвращаясь к моим опухшим, пульсирующим приятной болью губам.

Теряясь где-то на грани реальности и чистейшего счастья, я открыла глаза и потянулась пальцами к рубашке Вадима. Он позволил мне самой разобраться с ней, освободив его от этой одежды, я бросила ее на пол и окинула быстрым, немного безумным взглядом обнаженный торс Вадима. Четкие контуры мышц, красивая кожа, усыпанная мелкими шрамами, каждый из которых имел свою особую форму. Их было так много, что мне даже трудно представить, как Вадим вообще выжил.

- Издержки работы, - с кривой ухмылкой объяснил он, заметив мой задумчивый взгляд.

Я ничего не ответила, просто коснулась губами шрама, что был расположен чуть выше солнечного сплетения. Гладкая поверхность этого шрама, показалась мне чудовищно неправильной, определенно здесь лишней. Но я ничего не могла с этим поделать, только целовать до онемения в губах.

- Всё хорошо, они уже давно меня не заботят, - заверил меня Вадим, мягко приподняв мое лицо за подбородок.

Мы продолжили целоваться и помогать друг другу, избавляться от остатков одежды. Я мысленно ругала себя за то, что напялила на себя так много шмоток. Мне уже не терпелось узнать Вадима ближе, настолько близко, насколько это вообще предусмотрено природой. Похоже, отсутствие моего терпения распространялось на всё, что меня окружает.

Я целовала Вадима в шею и подбородок, покалывающий мои губы отросшей щетиной. Мне так нравилось целовать этого человека, что я была готова этим заниматься ночи напролет. Но тянущая боль внизу живота послужила уже серьезным сигналом, что больше медлить никак нельзя и Вадим это четко ощутил. Я почувствовала, что мышцы на его спине заметно напряглись, превращаясь в камень.

- Всё будет хорошо, - Вадим пригладил мои растрёпанные волосы и поцеловал в кончик носа.

Я прижалась всем телом к телу Вадима, ощутив, что его горячая ладонь скользнула к моему напряжённому животу, огладила его и осторожно коснулась моих половых губ. Я напряглась еще сильней, свыкаясь с тем, что там меня касается мужчина. Мои нервы медленно натягивались, превращая меня в сплошной сгусток острых эмоций.

Когда Вадим ввел в меня палец, я выгнулась дугой, глухо застонала то ли от неприятного ощущения вторжения, то ли от странного наслаждения. Он словил мой стон своими губами, вобрал его в себя, каким-то странным образом успокаивая меня.

- Не напрягай мышцы, иначе будет больно, - тихо и твердо произнес Вадим. – Ты должна помочь мне.

Я попыталась прислушаться к его совету. Внутреннее напряжение постепенно начало спадать, но сердце всё равно колотилось как бешенное.

- Вот так, - шепча мне в висок, Вадим продолжил вводить в меня палец, подготавливая влагалище.

До онемения в пальцах я вцепилась в плечи Воронова, прислушиваясь к собственным ощущениям. А в фильмах не показывали, что занятие сексом – штука далеко не простая.

- Вот так, - продолжал повторять Вадим, когда мое тело сумело свободно принимать его палец. – Молодец. А теперь согни ноги в коленях, так тебе будет проще.