Это была истерика. Самая настоящая и жутка истерика. Я рыдала до хрипоты, до головокружения и адской боли в грудной клетке. На моих руках всё еще была кровь… Кровь Ставра. Перед внутренним взором постоянно стоял стеклянный взгляд Ставра. Казалось, что я всё еще слышу его рванное хриплое дыхание. Я была там, но ничего не смогла сделать. Совершенно ничего. Разве что сидела рядом и смотрела, как Ставр умирает.

Сейчас истерика уже отступила и ее место заняла бездушная холодная пустота. Кажется, я больше ничего не могла ощущать. Всё перегорело. Испортилось. Окончательно вышло из строя. Физически я чувствовала себя ужасно, но душой… Она перестала испытывать хоть что-то. Она умерла. Осталась кровавым месивом валяться в коридоре злосчастного ресторана.

Мозг противился, он твёрдо не принимал такую реальность, пытаясь защитить меня. Я не верила в то, что Ставр умер. Еще вчера он был жив. Мы разговаривали. Он взял мой крестик. Пошел вместе со мной, когда я плохо себя почувствовала. Ставр сказал, что будет меня ждать. Это были его последние слова. Он не мог умереть... Не мог. Я упорно отрицала реальность, пока ко мне не зашел Григорий и кое-что не принес.

- Это вам, - телохранитель протянул кулак и разжал его.

Я увидела маленькую бархатную коробочку с поврежденной крышкой. В такие коробочки, обычно, кладут кольцо.

- Нашли во внутреннем кармане пиджака. Пуля прошла рядом, - объяснил Григорий.

Мой подбородок задрожал, а грудную клетку заполнил новый приступ боли. Я медленно села в кровати и взяла коробочку. Открыла и едва сумела подавить в себе всхлип. В коробочке лежало мое обручальное кольцо, которое я накануне так упорно искала. Ставр нашел его первым и вложил в эту проклятую коробочку. Зачем? Чтобы снова мне его вручить, но уже подобающим образом, без принуждения? Стало трудно дышать.

- Я позабочусь о вас, - тихим, но уверенным голосом заявил Григорий.

- Он не мог умереть, - прошептала я, давясь слезами.

Телохранитель ничего не ответил на мои слова. Он еще несколько минут побыл рядом, а затем бесшумно ушел. Я дрожащими пальцами надела кольцо, а коробочку спрятала под подушку. Свернувшись калачиком, я обхватила руками колени и закрыла глаза. Казалось, что в такой позе у меня получиться не рассыпаться на ошмётки. Я снова ощутила до одури горькое дыхание одиночества. Чем сильней я желала остаться целостной, тем сильней, меня разрывало на куски.

Я провалилась в сон, что больше был похож на тёмную холодную пропасть. Когда я открыла глаза, за окном уже расцвела ночь. Слёзы. Жжение в груди. Отрицание. Бессилие. Боль, которой для меня одной оказалось слишком много. Я не хотела, чтобы всё закончилось именно так. Стеклянный взгляд серых глаз, будто выжигал в моей памяти огромную уродливую дыру.

Мне принесли еду, но как только я попыталась хоть ложку втолкнуть в себя, снова стало плохо. Я едва успела добежать до туалета. Мое физическое состояние полностью отражало моральное. Кое-как умывшись, я вернулась в комнату. Тусклый свет раннего утра бился в окна.

Я села и пустым взглядом посмотрела на сухое сплетение веток ореха. Ворон сегодня не прилетел.

- Вам нужно выйти к членам клана, - заявил Григорий и подал мне простое черное платье.

- Зачем? – апатично спросила я.

- Теперь вы – глава клана. К тому же вы должны принять соболезнования.

Я ничего не ответила. У меня банально не хватило сил на это.

- Вы должны это сделать. Сейчас нестабильная ситуация. Вы должны заручиться поддержкой. Иначе случится распад, и никто не будет в безопасности. Знаю, это не то, что вы сейчас желаете слышать, но наша жизнь лишена иллюзий.

- Я выйду. Выйду.

Hurts - Wonderful Life

Приведя себя в порядок, я переоделась и вышла из комнаты в сопровождении Григория. Он предусмотрительно подал мне свою большую крепкую руку. Я с благодарностью приняла ее, потому что всерьез боялась, что могу не выдержать и упасть. Слабость в ногах и во всем теле пугала меня, но я должна быть сильной. Во всяком случае, сильной хотя бы эти несколько минут.

Когда мы только подошли к лестнице, я уже увидела большое количество прибывших людей. Они приехали ко мне. Не к кому-то, а ко мне! Все в черных смокингах. Увидев меня, гости тут же склонили головы. Это было так странно.

Крепче вцепившись в руку Григория, я спустилась по лестнице, но задержалась на последней ступеньке, чтобы получше всех разглядеть. Никого знакомого. А вдруг среди них тоже есть предатель?! Меня бросило в жар.

- Всё хорошо, - шепнул мне Григорий. – Они ждут вашего обращения.

Я не была уверена в том, что смогу хотя бы слово выдавить из себя. Прибывшие терпеливо ожидали, когда я заговорю.