Но всё случилось так, как случилось и поздно об этом сетовать. Я подошла к большому прямоугольному белому дивану, что стоял напротив стеклянной стены. С двух сторон от него были расположены две одинаковые низенькие тумбочки. На одной из них я заметила плотную черную папку с листами А4. В таких папках обычно документы носят. Я обратила на нее внимание, потому что несколько листов выглядывали из папки. Заглавные буквы, напечатанные жирным шрифтом, складывались в мое имя.

Схватив бумаги, я вчиталась в заголовок. «Мельникова Лилиана Борисовна». Мое сердце от страха будто бы ухнуло куда-то в желудок. Что это еще такое? Быстро пробежавшись взглядом по тексту, я отбросила бумаги обратно на тумбочку, словно они внезапно в моих руках превратились в клубок ядовитых змей.

Это было досье. Иначе и не назовешь. Подробное досье о том, кто я, где родилась, где живу и прочее-прочее. Стало жутко. Причем настолько, что даже голова закружилась. Всему ведь должно быть логическое объяснение, ведь так? Только вот я его всё никак не могла найти.

Внезапно в застывшей, каменной тишине апартаментов запищал электронный замок входной двери. Я резко обернулась, будто меня кто-то ударил по лопаткам плетью и буквально нанизалась на немигающий взгляд ледяных серо-голубых глаз.

Остатки воздуха разом вылетели у меня из горла, потому что я не ожидала такой встречи. Вся эта и без того тревожная ситуация моментально преодолела отметку «чудовищной». Маршал совершенно не удивился моему присутствию, а это означало лишь одно — он всё это устроил.

Шок и страх будто парализовали меня. Я с ужасом смотрела на мужчину. Он выглядел расслабленным, но это обманчивое суждение. Взгляд сосредоточенный, тяжелый и направленный исключительно на меня.

Я в напряжении прикусила внутреннюю сторону щеки, от чего стало так больно, что на глаза даже слёзы навернулись. Маршал неторопливой твёрдой походкой двинулся в мою сторону, я же не сумела ни на сантиметр сдвинуться с места.

Он обладал некой уникальной силой, что просачивалась в атмосферу, хваталась за каждый ее атом. Пусть я и была до чёртиков напугана, но всё равно чётко понимала — с этим человеком не следует конфликтовать. Иначе… Иначе мои дела станут совсем плохи.

Мужчина остановился в шаге от меня. Очень высокий. Теперь, когда он был так близко, я могла в полной мере оценить его исполинский рост и широкий размах плеч. Или, может, это я такая низкая и тощая?

Акулий взгляд медленно и сосредоточенно просканировал мое лицо, будто оценивая все его достоинства и недостатки. Считать какие-либо эмоции с лица мужчины у меня не получилось. Оно было просто непроницаемым и оттого казалось еще более устрашающим.

Взгляд плавно переместился мне за спину и вероятно остановился на бумагах, что я буквально несколько мгновений назад читала.

— Я собираю информацию обо всех, кто меня интересует, — акулий взгляд вновь вернулся ко мне.

Он имел необыкновенно мощный эффект, ментально припечатывая к месту.

— Не хватает лишь фотографии, — баритон совершенно спокойный, словно и не живой, а запрограммированный.

И тут весь паззл полностью сложился в моей голове. Я была не руководителем фотосъемки, а ее объектом. Внутри от страха всё похолодело.

— Что всё это значит? — с усилием выдавила я из себя вопрос. — Почему ваш человек забрал у меня телефон?

— Я ему поручил, — совершенно спокойным голосом ответил мужчина.

Его абсолютно не смущал тот факт, что он практически взял меня в заложницы. И это… Это пугало больше всего. Мысли продолжали роиться в моей голове, но никакого толку от них всё равно не было.

— Отпустите меня, — умоляющим тоном проговорила я, чувствуя, что страх черной густой волной стремится накрыть меня с головой.

— Нет, — кратко ответил Маршал, глядя на меня немигающим взглядом. — Я всегда беру то, что хочу.

Судорожно сжав руки в кулаки, я не верила собственным ушам. Я вообще не верила в реальность происходящего. Так не бывает. Или всё же бывает? Нет, это просто какой-то бред! Зачем я кому-то сдалась? Зачем такому человеку, как Маршал, обращать свое внимание на такую, как я? Уверена, многие женщины добровольно захотят быть с ним. К чему все эти сложные схемы?

— Берёте, не спрашивая разрешения? — я скрестила руки на груди.

— Я не нуждаюсь в разрешении, — акулий взгляд ни на секунду не отрывался от моего лица. — Беру тебя на эти две недели, пока нахожусь в городе, — мужчина развернулся и подошел к моему рюкзаку с фототехникой.

Шок был настолько мощным и огромным, что мое сознание никак не могло объять всю его масштабность. Я просто неподвижно стояла и тупо наблюдала за мужчиной. С ним бесполезно спорить, бесполезно о чем-то молить и умолять. Не послушает. С таким же успехом можно вылить кровь перед акулой и истерично просить ее не поддаваться искушению разодрать добычу в клочья.