– Ты разоделась как гребаная шлюха! Поэтому я в ярости! – орет Данте.
Доносится звук разбитого стекла, и я мчусь на кухню. Рука лежит на рукоятке пистолета. На сегодня с меня хватит, нужно выпустить пар. И Данте только что предоставил прекрасную возможность.
– Я переоденусь, – дрожащим голосом отвечает Роза.
Черта с два.
Завернув за угол, я вижу бледную и дрожащую Розу, а над ней с поднятыми кулаками возвышается Данте.
Я прочищаю горло, чтобы привлечь его внимание. Данте испуганно смотрит на меня.
– Роза, пожалуйста, иди наверх.
Она в ужасе смотрит на меня и мотает головой. Поскольку она остается на месте, я прошу снова:
– Пожалуйста, иди.
Едва удержался, чтобы не добавить «детка».
Роза со вздохом опускает голову. Я незаметно касаюсь ее руки, когда она проходит мимо.
– Думаешь, так мы общаемся с женщинами?
Но это не какая-то женщина, она для меня – весь мир.
Я подхожу к нему, но он молчит.
– Твой босс задал тебе вопрос. Ты так обращаешься с женщинами? – рычу я.
– Н-нет. Просто она была…
Я предупредительно поднимаю палец.
– …в порядке, – перебиваю я. – Это последний раз, когда ты так с ней говоришь. В противном случае тебе конец.
Он шевелит нижней челюстью.
– Эта потаскуха должна знать свое место, босс.
Никто не смеет говорить так о моей Розе.
Я бросаюсь на него, замахиваюсь кулаком и пробиваю ему прямо в челюсть.
Он делает жалкую попытку вписать правый хук, от которого я легко уклоняюсь. Я бью снова и снова, пока его нос не начинает хрустеть под напором моих кулаков, а кровь не забрызгивает мою рубашку.
Схватив Данте за шкирку, я впечатываю его голову в мраморную столешницу. Подхватив стеклянную бутылку, разбиваю ее прямо возле его уха.
Прижав его, я шиплю ему в ухо:
– Если я еще хоть раз услышу такие слова, вырву тебе язык.
– Лука! – кричит Грейсон.
Продолжая удерживать Данте, я смотрю на удивленного подручного. И салютую ему взмахом руки с горлышком от разбитой бутылки.
– Все в порядке, просто учу парня манерам.
Нахмурившись, он переводит взгляд на Данте.
– Думаю, он усвоил урок.
– Ох, не мешай нам развлекаться, папаша!
Данте пытается что-то сказать, но я снова впечатываю в столешницу.
– Я разрешил тебе открывать рот?
– Лука, отпусти его, – просит Грейсон, поглядывая на лестницу.
Роза.
Тяжело вздохнув, я швыряю Данте на пол, как кусок дерьма, коим он и является.
– Советую держаться от меня подальше, – с отвращением цежу я.
Мы с Грейсоном выходим на улицу, я закуриваю сигарету.
– Что, блядь, произошло? – интересуется Грейсон.
– Он кинул в Розу стакан и обозвал ее шлюхой.
Грейсон приваливается к стене и скрещивает руки.
– Ты по уши влюблен, верно?
Я смеюсь, выдыхая дым.
– С чего ты взял? – Делая затяжку, смотрю в темное небо. – Я так сильно люблю эту девушку, что даже не знаю, что с этим делать.
– Дерьмо.
– Хм. Да, дерьмо. Хуже всего, что она тоже сильно меня любит. И вот, теперь мы помолвлены с двумя худшими существами на планете.
Он вздыхает, покручивая свое обручальное кольцо.
– Почему бы тебе не сбежать?
Я задумчиво смотрю на него.
– Ох, поверь, каждый раз, когда мы вместе, я подумываю собрать сумку и сбежать как можно дальше.
– Ну… и что тебе мешает?
Тот факт, что, если я сделаю один неверный шаг, Романо нападет на мою семью. Если я сбегу, то не смогу их защитить.
Но я не могу ему рассказать. Поэтому вместо этого я спрашиваю:
– Разве я плохой босс?
Он очень скоро узнает о моих планах, но сейчас не время.
– Что? Нет. Я не это имел в виду, – отмахивается Грейсон и отталкивается от стены. – Просто знаю, каково это, когда настолько сильно кого-то хочешь, что готов пожертвовать всем.
– Я пока не могу сбежать. Нужно закончить начатое. Я не хочу, чтобы все это сыграло против тебя, против Келлера или ваших семей. Иногда ради других приходится жертвовать частичкой своего собственного счастья.
Я делаю очередную затяжку. К следующим выходным я должен найти выход. Надо уговорить комиссара на сотрудничество с Фрэнки, чтобы тот взял на себя устранение Капри. Думаю, у нас все получится.
– Лука, ты принес свою жизнь в жертву мафии. Может, пора подумать и о себе?
Рассмеявшись, бросаю окурок и тушу лакированным носком Оксфорда.
– У меня с одной стороны личное счастье, а с другой – куча дерьма. И пока я не знаю, что из этого выйдет. Пойду проведаю Розу.
– Ваши отношения слишком заметны. – Грейсон многозначительно смотрит на меня.
– Правда? Может, нас выдали ее выкрики моего имени прошлой ночью у бассейна? Или секс во дворе виллы?
Он с удивлением смотрит на меня, а затем одобрительно усмехается.
– Впечатляет!
Я пожимаю плечами.