— Но это значит, что мы должны вести себя как можно лучше, когда вернемся в Илию, — ее взгляд упал на кольцо, которое она носит на пальце. — Китт заметил, что оно было не на том пальце еще в ту ночь, когда ты пришел ко мне в комнату. Так что никаких больше тайных встреч. Просто… давай насладимся этим временем вместе.

Потому что этого больше не повторится.

Я слышу, как между нами повисают невысказанные слова. Они насмехаются надо мной, как этот сверкающий бриллиант, который она носит. Каждое мгновение, проведенное с ней, я оплакиваю следующее, ожидая день, когда мы поговорим в последний раз.

Она поднимает на меня взгляд. Прочищает горло.

— Прошлой ночью я была в его комнате.

У меня кровь стынет в жилах.

— Ты?

Слова, слетающие с ее губ, все больше и больше похожи на признание:

— Я просто пытаюсь исправить эту… неловкость между нами. Если нам суждено провести остаток жизни вместе, я хочу хотя бы получать удовольствие от общения друг с другом. Он так сдержан со мной, и это, конечно, не тот Китт, которого я когда-то знала, и не тот брат, которым он является для тебя. Так что… я буду продолжать искать его дружбы в надежде, что он в конце концов ответит взаимностью.

Она выжидающе смотрит на меня, приподняв брови. Я перевариваю ее слова, прежде чем запить их еще одним глотком рома. У меня жжет в горле, когда я тянусь к маленькой фиолетовой книжке, лежащей рядом.

— Что читаешь?

Моя рука быстро останавливается, когда она стремительно хватает мое запястье.

— Ты хоть что-нибудь слышал из того, что я только что сказала?

— Я слышал тебя, — мои руки обхватывают ее лицо. — Слышал. Слушаю. И если хочешь, чтобы я рассказал о степени моей ревности, я расскажу. Но я бы предпочел не тратить то немногое время, что у нас есть, на разговоры о моем брате. Особенно когда я сижу на твоей кровати и пытаюсь удержать себя от необдуманного поступка в сторону моей будущей королевы. — Мой взгляд скользит по ее широко раскрытым глазам. — Но когда мы вернемся во дворец, я покажу тебе, как сильно я ненавижу то, что ты не моя.

Рот Пэйдин приоткрывается.

— Ладно. Я… эм… — кажется, я лишил ее дара речи. Она прочищает горло, прежде чем повторить попытку. — О чем ты спрашивал?

На губах озорная улыбка.

— Твоя книга, дорогая.

— Точно, — она делает глубокий вдох. — Мне нравилась она в детстве. Калум принес мне несколько таких.

Я кладу руку ей на бедро и наклоняюсь, чтобы посмотреть, как она открывает обложку. По страницам разбросаны выцветшие иллюстрации и несколько карандашных пометок, которые я не могу разобрать.

— Отец читал мне их, — тихо говорит она. — Эта была моей любимой.

— Расскажи мне о ней, — бормочу я.

Моя просьба вызывает у нее улыбку.

— Это история о фениксах и других мистических существах, с которыми я всегда мечтала познакомиться. Но больше всего мне понравилась девушка из этой истории.

Она останавливается на первой попавшейся странице, проводит пальцем по едва заметному сообщению, нацарапанному неровным почерком.

Я хочу быть такой же могущественной, как она.

Пэйдин качает головой, прочитав эти слова, прежде чем закрыть книгу.

— Это просто глупая история.

Я долго наблюдаю за ней, хотя она избегает моего взгляда.

— А другие книги?

— В основном, о магии и мирах, в которые я хотела сбежать, — ее голос звучит странно застенчиво. — Миры, в которых я могла бы найти свое место.

Я мнусь, но кладу голову ей на колени.

— Так что же ты будешь мне читать?

Ее лицо озаряется, и на это приятно смотреть.

— Правда?

— Я весь во внимании, Грэй.

Сияя, она открывает первую страницу фиолетовой книги.

— Значит, это фениксы.

Я закрываю глаза, когда с ее губ начинают слетать нежные слова. Я быстро погружаюсь в историю, в гипнотический голос, который связывает слова воедино. Покачивающийся корабль погружает меня в это мимолетное ощущение покоя, в то время как ее пальцы перебирают мои волосы, щекочут кожу.

Я рисую в воображении эту версию нас, далеко в будущем, которое никогда не наступит. Счастливый финал, в котором я лежу на коленях Пэйдин и слушаю, как она читает, до тех пор пока я не исчезну в далеком воспоминании.

Но это не более чем глупая история, придуманная мной.

Поэтому я наслаждаюсь настоящим, теми моментами, когда мы прячемся от неизбежного. Она читает, пока солнце не устает и не скрывается за волнами. Пока темнота не окутывает комнату и не заглушает каждое слово на странице.

Пэйдин замолкает, убирая прядь волос с моего лба. Слыша, как она захлопывает книгу, я поднимаю взгляд на нее, скрытую тенью.

— Ты…?

Приглушенный топот, доносящийся из-за двери, заставляет меня быстро сесть. Переглядываясь, мы прислушиваемся к шуму, доносящемуся с главной палубы. Хлопки следуют за топотом ботинок, создавая симфонию хаоса.

— Это…? — Пэйдин замолкает, услышав нарастающие звуки музыки.