Ее слова наносят свой удар, и я теряю дар речи, когда перевариваю ее слова. Она встает и хватает сумочку. Маленькая улыбка, которую она бросает в мою сторону, кажется мне какой-то неправильной. Я не хочу, чтобы она уходила. Я знаю, что это правда, но она, кажется, не замечает молчаливой мольбы в моих глазах.

— Думаю, будет лучше, если мы притворимся, что этого вечера никогда не было. Ради нас обоих.

Она наклоняется, чтобы поцеловать меня в щеку, и с таким же успехом могла бы сжечь отпечаток своих губ на моей коже.

— Встретимся в машине. Не торопись. — Стеснение в груди растет с каждым шагом, который она делает от меня. Я ненавижу это чувство, прорастающее внутри меня, как сорняк, опутывающее мое сердце, как виноградная лоза, почти так же сильно, как я ненавижу Айрис, уходящую от меня.

Сегодняшний вечер, возможно, прошел не так, как ожидалось, но я не из тех людей, которые признают свое поражение.

Я планирую. Я действую. Я побеждаю.

Айрис могла бы отклонить мое первое предложение, но я приму вызов и докажу, насколько хорошими могут быть наши отношения, если она даст мне шанс.

Наш брак может быть фальшивым, но эти чувства, пылающие внутри меня, совсем не такие. Это только вопрос времени, когда я сделаю ее своей. Она просто еще не знает об этом.

Машина даже не успела припарковаться, как Айрис выскочила из гаража.

Харрисон открывает мою дверь, плотно сжав губы.

— Как давно вы женаты? — Я выхожу из машины и застегиваю куртку.

Его голова откидывается назад, как будто я никогда раньше с ним не разговаривал. Может, мы и не были доверенными лицами, но он был моим водителем еще до того, как у меня появились права. Конечно, я общаюсь с ним. У него даже есть мой личный номер исключительно для координации действий.

— Сорок лет и больше. — Он улыбается про себя, как будто эта мысль ему нравится.

— Добровольно?

В противовес чему? Договорное соглашение, как у вас?

Он смеется.

— Она может сказать «нет», если ты попросишь. — Я наклоняю голову.

— Почему? — Он смотрит на меня так, словно сомневается в моем IQ.

— Потому что брак — это тяжело, и, очевидно, я не самый легкий человек, с которым можно поладить. К тому же я храплю. — Смех застревает у меня в горле.

— В этом есть смысл. — Я поворачиваюсь к двери, но слова Харрисона останавливают меня.

— Не возражаешь, если я дам тебе совет? — Я вздыхаю и смотрю на него.

— Только если ты считаешь, что это крайне важно. — Уголки его глаз морщатся, а губы растягиваются в легкой улыбке.

— Возможно, ты проделал все шаги не в том порядке, но это не значит, что ты не можешь начать все сначала и попробовать еще раз. — У меня в затылке покалывает, как будто крошечные иголки вонзаются в кожу.

— Ты знаешь.

— Конечно, знаю. Я возил тебя с тех пор, как ты еще не успел дотянуться до педалей. Если ты мне что-то и должен, так это не оскорблять мой интеллект подобным образом.

— Ты подписал соглашение о неразглашении. — Он качает головой.

— Я не заинтересован в продаже твоей истории. Если бы это было так, я бы взял деньги, которые предложил мне твой отец, и уединился с Герти на песчаном пляже в Мексике. — Моя маска безразличия сползает.

— Он хотел заплатить тебе?

— Не в этом дело.

— Сколько? — Я прячу сжатые кулаки в карман.

Он закрывает заднюю дверь.

— Тоже не в этом дело.

— Почему ты не согласился на его сделку?

— Потому что я не собирался давать тебе еще одну причину ненавидеть мир.

— Ты должен был взять деньги, потому что ничто из того, что ты можешь сделать, не изменит моего мнения о человечестве. Я могу это гарантировать.

— Вероятно, нет, но есть один человек, который может. — Мое тело напрягается под костюмом.

— Это невозможно. — Он издает глубокий грудной смех. — Я упускаю что-то забавное в этом разговоре? — Он вытирает глаза носовым платком.

— Приятно осознавать, что самый умный человек, которого я когда-либо встречал, такой же идиот, как и все мы, когда дело касается женщин.

Мои брови сходятся вместе.

— Ты вообще заботишься о том, чтобы сохранить свою работу?

— Ты мог бы попытаться уволить меня, но мы оба знаем, что Айрис возьмет меня на работу завтра утром. — Я сердито смотрю на него, и он только улыбается. — Я просто хотел дать тебе совет, потому что, что-то подсказывало мне, что он тебе может понадобиться. Но я вижу, что это не так, так что спокойной ночи, сэр.

Он приподнимает шляпу и поворачивается к машине.

— Харрисон. — Кричу я, прежде чем успеваю остановиться. Поскольку я и так уже опозорился, я мог бы воспользоваться его советом.

Он делает паузу.

— Да, мистер Кейн?

Должно быть у меня какой-то психический кризис, потому что ничто другое не объясняет того, что я сделаю дальше.