— Нет! Даже если бы это было так, я отказываюсь упустить эту золотую возможность. У меня уже много лет не было отпуска.

— По крайней мере, ты наконец-то извлекаешь из всего этого что-то хорошее. — Она с суровым видом хлопает ладонью по столу.

— Ты хочешь сказать, что должно быть что-то лучше, чем жениться на тебе? Я отказываюсь в это верить.

Я поворачиваюсь и иду к двери, пряча расплывшуюся на лице улыбку. Айрис — единственный человек, способный заставить меня улыбнуться. Не то чтобы она об этом знала. Я сделал все, что было в моих силах, чтобы скрыть, как сильно она влияет на мое настроение.

АЙРИС

Если бы кто-то сказал мне месяц назад, что Деклан вручит мне свою черную карточку и попросит спланировать медовый месяц, я бы отправила их в ближайшую больницу, чтобы проверить их голову. Но вот Деклан делает именно это.

— Деньги не имеют значения, — говорит он, прежде чем исчезнуть за двойными дверями. Я взвизгиваю, поворачиваясь на стуле. — Тише. — кричит он с другой стороны деревянной двери.

Я зажимаю губы, хватаю мобильник и пишу сообщение Кэлу.

Я: Угадай, кто все-таки едет в свадебное путешествие?

Кэл: Как ты заставила его расколоться?

Кэл: Пытка водой?

Кэл: Лишение сна?

Кэл: Секс??

Кэл: Подожди. Если это последнее, не говори мне. Я не хочу этого знать.

Я смеюсь, печатая сообщение.

Я: Твой отец.

Кэл: *Притворяется шокированным*.

Я: Ты хочешь помочь мне что-то спланировать?

Кэл: Я буду там через 15 минут.

— Нет. — Я засовываю в рот клецку.

— Но это же Бора-Бора — раздраженно отвечает Кэл. Я качаю головой.

— Звучит скучно.

Хорошо, что Кэл не видит, как горят мои щеки от лжи.

— Что с тобой не так?

Скорее, что может быть не так со мной, если я выберу место для медового месяца, где Деклан будет ходить без рубашки и мокрый весь день напролет. Даже я знаю свои пределы, и это один из них. После того маленького шоу, которое я устроила в прошлый раз, когда Деклан был без рубашки, нам лучше не испытывать судьбу.

Кэл использует компьютерную мышь, чтобы пролистать газетную статью, рекомендующую «Десять лучших мест для медового месяца в мире».

— А как насчет Мауи? — я морщу нос.

— Нет.

— Фиджи?

— Пас.

— Клянусь, судя по тому, как ты себя ведешь, ты вообще не хочешь ехать в свадебное путешествие.

Только не в таком месте, где нам пришлось бы раздеваться.

Он пристально смотрит на меня.

— А как насчет Южной Африки?

Хм. Вот это идея…

— Расскажи мне еще. — Он выглядит совершенно потрясенным моим интересом.

— Ты же это не серьезно. Вы бы предпочли сафари Бора-Бора?

— А почему бы и нет?

— Потому что это не романтично. — Я хмурюсь.

— Это может быть медовый месяц, но он не должен быть романтичным.

— Очевидно, иначе ты бы выбрала что-то другое.

Чем больше Кэл подталкивает меня к этому, тем больше я нахожу идею отправиться на сафари привлекательной. Ничто так не говорит «руки прочь», как спрей от насекомых, морская болезнь и наблюдение за тем, как животные пожирают друг друга. В такой напряженной поездке риск того, что мы с Декланом сделаем какую-нибудь глупость, ничтожно мал.

Я бросаю салфетку на стол и похлопываю себя по вздутому животу.

— Вот именно. Мы едем в Южную Африку. — Кэл стонет, и я улыбаюсь.

Дело решено.

Планирование поездки в Африку в последнюю минуту — это стресс. Мне нужно жонглировать плотным графиком Деклана, назначениями врачей, чтобы мы могли сделать уколы, и звонками в сафари — лоджи, чтобы узнать, кто освободится в последнюю минуту. Я делаю все это, работая с девяти до девяти каждый божий день.

Деклан абсолютно бесполезен, когда дело доходит до планирования чего-либо, поэтому я застряла, делая все сама. Полеты. Туристические маршруты. Спальные места. Все ложится на мои плечи, так как Деклану все равно, куда мы едем, лишь бы я выложила несколько фотографий и сделала вид, что мы хорошо проводим время. Его слова. Не мои.

Из-за его отношения я не чувствую себя плохо, заказав самый дорогой сафари-лодж в нашем списке. Я даже заказываю поездку в салон, чтобы заплести волосы — и все это по его личной карточке. Вот что он получает за то, что так холодно и бесчувственно относится ко всему этому процессу. Самое меньшее, что он мог сделать — это спросить, не нужна ли мне помощь. Или даже поблагодарил меня за то, что я собрала все это вместе в последнюю минуту, и все это для того, чтобы он мог доказать всем, что мы какая-то счастливая пара.