— Ты только что покусился на мою сексуальную жизнь? — В ее голосе есть что-то убийственное.

Ни за что на свете я не прикоснусь к этому комментарию. Я сжимаю губы, чтобы больше ничего не сказать.

Тогда тебе вообще не следовало ничего говорить.

Ее взгляд ожесточается.

— Думаю, пришло время установить основные правила.

— Правила. — Сухо повторяю я.

— Да. Правила.

— У меня смутное воспоминание. — Ее улыбка могла поставить мужчину на колени.

— Давай посмотрим. Каждый взгляд. — Она скользит взглядом по моему телу, словно призрачное прикосновение, обжигая кожу. — Каждое прикосновение. — Достаточно одного ее пальца, скользящего по моей щеке, чтобы поманить меня вперед, как мужчину, изголодавшегося по вниманию. — Каждый поцелуй. — На этот раз она грубо хватает меня за подбородок и тянет вниз. Ее губы касаются уголка моих. Это точная копия моего поцелуя на нашей помолвке, но этот вызывает у меня совершенно иную реакцию. — Это не что иное, как ложь.

Я тверд как скала под своими шортами для бега. Я прочищаю горло, моргая от возбуждения в глазах, прежде чем она поймет.

Так много для того, чтобы быть на одной волне.

— Ладно. Я уступаю. Никаких разговоров о бывших. — У меня нет ни одного достойного разговора, а ее вещи именно там, где им и место.

В прошлом.

— Отлично. Рада, что мы пришли к согласию в этом вопросе. — Она потягивает свой напиток.

— Как бы ни был интересен этот разговор, у меня есть дела. — Она поднимает бровь.

— Тогда почему ты здесь? С кофе?

— Потому что мне нужно поговорить с тобой о вчерашнем.

— О какой части?

— Всю целиком.

— Ну, тогда. Валяй. — Она делает глоток своего напитка, изучая мое лицо в поисках эмоций.

Она ничего не найдет. Я позаботился об этом.

Сначала я начинаю с самого трудного.

— Наш поцелуй…

— Поцелуи. Как во множественном числе. И то и другое ты спровоцировал, просто чтобы внести ясность. — Моя кожа горит под футболкой.

— Поцелуи. Это больше никогда не повторится. — Она улыбается.

— Ладно. Ты не услышишь от меня никаких возражений.

Ладно? Я, по крайней мере, ожидал, что она будет немного сопротивляться. Судя по тому, как она смотрела на меня прошлой ночью, я думал, что она сделает что-то другое, кроме самодовольного взгляда на меня и улыбки.

Может быть, ты неправильно ее понял.

— Хотя поцелуй с тобой был необходимым злом для общества, нам больше не нужно притвориться, что нас влечет друг к другу. — Что-то мелькает в ее глазах, прежде чем она приходит в себя.

— Хорошо. Не дай Бог, тебе действительно придется притворяться, что я тебе нравлюсь.

Это было дерьмовое, но эффективное высказывание. Мои слова приносят свой вред, как и положено. Это к лучшему. То, как я был вынужден прикоснуться к ней прошлой ночью, без единого человека, наблюдающего за нами, говорит само за себя.

— Ну, теперь, когда мы очистили воздух, я пойду попью кофе. — Она захлопывает дверь у меня перед носом.

Если это проблеск того, что такое брак, то я понимаю, почему наши разводы — дерьмо. Мне повезет, если я не стану каким-нибудь национальным статистиком до того, как наше время истечет.

Я знал, что желание отца встретиться со мной за ланчем было ловушкой, но все равно охотно согласился на его приглашение. После его разговора с Айрис мне интересно определить, насколько большой проблемой он будет для меня. Моя интуиция не подсказывает мне, что моя борьба за пост генерального директора будет легкой.

Карие глаза отца переводят взгляд с меню на мое лицо.

— Какие-нибудь планы на медовый месяц?

— Не нужно делать вид, что тебе не все равно на меня. — Он вздыхает.

— Я просто веду светскую беседу.

Чушь собачья. Каждый вопрос, который он задает, и все заявления, которые он делает, всегда имеют скрытый мотив. Благодаря ему я стал экспертом в чтении между строк.

— Мы с Айрис уезжаем в пятницу. По крайней мере, сейчас. Мне все равно, каков будет пункт назначения, лишь бы мы куда-нибудь поехали.

— А как насчет ежеквартального бюджетного совещания?

— Я уверен, что ты справишься с просмотром моих отчетов без меня. В конце концов, у меня только один медовый месяц. — Уголки моих губ угрожающе приподнимаются.

— Ты, кажется, находишь решение для всего. — Я не упускаю двойного смысла его слов.

— За эти годы у меня была большая практика подбирать вещи после чьих-то неприятностей.

— Ты хоть притворяешься, что я тебе нравлюсь?

— Я считаю, что это напрасные усилия. Ты ненавидишь меня, а я ненавижу тебя, так зачем же вести себя иначе? — Он осмеливается притвориться недовольным.

— Я не ненавижу тебя.