Проходят долгие мгновения, но он не трогает меня. Наконец мягкий рывок, и мои локоны падают. Он вынимает шпильки из моих волос, одну за другой. Коса расплетается, спадает с моей головы, и я вздыхаю от уменьшившегося веса. Волосы каскадом падают мне на спину, почти ниже пояса. Я редко их подстригаю.

Рука Люциуса пробирается сквозь густые локоны. Несмотря ни на что, напряжение в моей шее ослабевает от его прикосновения. Он гладит меня. Я… не ненавижу это.

— Очень хорошо, питомец, — бормочет он. Я поднимаю голову. Как долго я стою здесь, позволяя ему гладить волосы? Покалывание распространилось по телу, предвкушая, как эти сильные и нежные руки коснутся других частей моего тела.

Затем он кладет руку мне на затылок, и я замираю. Пульс колотится под его большим пальцем.

— У тебя все хорошо получается, питомец. Кто-то обучил тебя. И я хочу знать… кто же это?

Мое дыхание вырывается наружу. Мы с Ксавье придумали историю для такого случая. Не далекую от истины, чтобы никто не мог сказать, что я лгу. — Вампиры, которые забрали меня из стаи. Они учили меня выделять сладкий аромат.

— Интересно. — Он продолжает удерживать меня пальцами. — Почему ты на аукционе?

Я судорожно сглатываю. — На благо моей стаи. — «Чтобы отомстить за них».

— Ты позволила им продать себя? — Его голос выражает недоверие.

— Да, я пошла на это добровольно. Мне было шестнадцать.

— Все это время ты тренировалась?

— Изначально не для того, чтобы быть сладострастной. Пока мне не исполнилось восемнадцать. — Мне не терпится повернуться к нему лицом. — Мне разрешили закончить школу. Я училась на дому.

— Шестнадцать лет. — Франжелико задумывается. — И твоя стая отпустила тебя?

— Я была в приемной семье. Моя родная семья погибла. — Мой голос не дрогнул.

Франжелико опускает руку и отступает, возвращаясь на свое место. Он делает знак, и я опускаюсь на колени рядом с его креслом.

— Мои люди сейчас допрашивают всех, кто имеет отношение к этому аукциону. Они проверят то, что ты говоришь. Не то чтобы я тебе не верю, но… — он машет рукой. — Я был мишенью для покушений столько раз, что сбился со счета.

У меня кровь стынет в жилах. Он меня подозревает?

— Тебе нечего бояться, питомец. Если все пройдет гладко, ни тебе, ни твоей стае не будет причинен вред.

Я смотрю на него, не отводя взгляд. Я знаю, что Ксавье достаточно умен, чтобы замести следы, но не предполагала, что Франжелико окажется таким параноиком с самого начала. Я не должна удивляться. Из-за этого он все еще жив после сотен, может, даже тысяч лет.

Одно дело думать, что это разумно. Совсем другое — посмотреть в глаза сопернику, который сильнее, быстрее, старше и осведомленные, чем ты, и делать следующий ход.

Подходящий момент, говорил мне Ксавье. Момент, когда он потеряет бдительность. Это все, что тебе нужно. Всего несколько секунд и кол. Если я смогу нанести смертельный удар, Ксавье найдет способ сделать так, чтобы организация короля вампиров была ликвидирована, а их злая работа закончена навсегда. Ксавье обещал мне это. Я просто должна сделать свою часть работы, завоевать доверие Франжелико, чтобы мне выдался шанс. То, что случится потом, меня не касается.

Я никогда не думала, что закончу эту миссию живой.

Люциус играет с прядью моих волос, растирая шелковистые локоны между пальцами.

Я делаю глубокий вдох. Мне следовало бы изображать пассивную и кроткую покорность, но не могу больше ждать. — Сир… могу я спросить… что вы собираетесь со мной делать?

Он улыбается, а я дрожу в ответ, камертон настроен и играет идеальную ноту, только для него. — Ну, питомец, я рад, что ты спросила. — Впервые он кладет руку мне на щеку, касаясь кожи. Сердце подскакивает к горлу, когда его темные глаза впиваются в меня.

— Сначала я отвезу тебя домой. Затем я сделаю тебя своей.

Я с трудом сглатываю. Он играет пальцем на моих губах.

— А сейчас… — он откидывается назад и подает сигнал. Мне требуется мгновение, чтобы определить, что значит этот знак. Я отскакиваю назад и опускаюсь на четвереньки.

— Повернись, — бормочет он и снова подает знак. Медленно повинуясь, я отползаю от него и опускаюсь грудью на ковер. Затем опускаю голову на руки. Мои волосы рассыпаются вокруг меня, словно белая занавеска, за которой я могу спрятаться. Пиджак сползает по моей спине, обнажая задранную кверху попку.

Его ботинок касается внутренней стороны моего правого колена. — Шире, питомец.

Вся моя задница обнажена и не защищена, к тому же направлена прямо на него. Я никогда не чувствовала себя так, как сейчас. Втягивая в себя воздух, я жду, что будет дальше.

Его рука скользит вверх по моему бедру, не прикасаясь, но я ощущаю ее там. Мою кожу покалывает от его присутствия.

Дыши, просто дыши.