Он убирает руку, и я же тоскую по нему. — Ладно. Я сейчас вернусь.

Я сворачиваюсь калачиком на кровати. Мою кожу покалывает, когда Гаррет снова наклоняется надо мной. Мокрое полотенце ложится мне на лоб. Блаженство.

Рядом он ставит стакан с водой.

— Тебе нужно что-нибудь еще? — Его брови низко опущены, мы почти соприкасаемся носами.

Кто ты такой и что ты сделал с головорезом Гарретом? Хотелось мне спросить. И что я сделала, чтобы заслужить эту доброту? Я знаю ответ на этот вопрос: ни черта.

— Спасибо, — хриплю я. Мне жаль, что я осуждала тебя.

— Хочешь, чтобы я ушел или остался?

Останься. Боже, пожалуйста, останься. — Со мной все будет в порядке. Ты можешь идти.

Он встает.

— Еще раз спасибо.

Он касается моего плеча. — Я буду рядом, если тебе что-нибудь понадобится. У меня отличный слух, так что просто кричи, если снова потеряешь сознание.

— Почему ты так добр ко мне?

Его суровое лицо расплывается в улыбке. Это каким-то образом разрушает все защиты, которые я когда-либо возводила против мужчин в целом и против него в частности. — Я намеревался выследить тебя и устроить взбучку. Чериз рассказала мне все те ужасные вещи, которые ты говорила обо мне.

О Боже.

Пульсация в моей голове усиливается, как будто он вонзил мне в виски ледоруб. Убивает меня своей добротой. — Мне жаль…

— Нет, не беспокойся об этом. Просто дай отдохнуть своей голове. Я накажу тебя за это позже. — Он подмигивает. Подмигивание, способное поставить девушку на колени.

Не меня, конечно. Но это меня привлекает. Подождите, он только что сказал «наказать»? Моему телу требуется мгновение, чтобы осознать угрозу, но когда это происходит, тепло разливается между моих ног, желанное отвлечение от ноющей головы. Я смутно задаюсь вопросом, может ли мастурбация вылечить мигрень. Наверное, я зашла слишком далеко.

— Ты уверена, что с тобой все будет в порядке? — спрашивает он, и мое сердце тает еще немного. Его пальцы перебирают мои волосы, легким прикосновением бабочки откидывая назад несколько упавших завитков.

Просто так врывается видение. Лицо Гаррета меняется, вытягивается, приобретая собачьи черты. На меня смотрит волк с белыми отметинами вокруг серебристых глаз.

— Эмбер? — Образ волка уплывает, оставляя красивое лицо Гаррета. Та же форма глаз, что и у волка. Его рука снова ложится мне на голову, успокаивая меня.

— Я в порядке. Пожалуйста. Просто уходи. — Разочарование пронзает меня, но не могу рисковать тем, что он станет свидетелем моих галлюцинаций. Я хочу быть милой, нормальной соседкой Эмбер. Не сумасшедшей Эмбер, которая бормочет странные вещи, когда у нее болит голова.

Чего я не понимаю, так это почему чувствую себя совершенно комфортно в присутствии Гаррета, как будто наконец принадлежу ему.

Я вздрагиваю, когда он убирает руку. Несколько секунд спустя он тихо закрывает дверь моей спальни, и я игнорирую прилив боли и разочарования и проглатываю слова, чтобы позвать его обратно.

~.~

Гаррет

Я вхожу в свою квартиру, тихо закрывая дверь, как будто звук захлопывающейся двери мог потревожить мою страдающую соседку.

Я никогда не считал себя заботливым парнем. Я альфа. Я рычу. Доминирую. Требую. Но господи, вид моей прекрасной соседки, страдающей от такой сильной боли, чуть не выпотрошил меня.

Я слышал, что запах слез пары ставит волка на колени. Снижает уровень агрессии до нуля, если только это не требуется для ее защиты. Клянусь, вид Эмбер такой ослабевшей сделал это со мной.

Мой волк охладел к черту, подавляя мой беспокойный, движимый похотью интерес к ней и заменяя его необходимостью разгладить каждую гримасу боли на ее лице. Клянусь, сегодня я увидел на ее юном лице отпечаток психологической травмы. Неудивительно, что она такая пугливая. У меня такое чувство, что она видела и испытала то, чего не должна была переживать такая милая женщина.

Мне ненавистно оставлять ее, но что я мог поделать? Обосноваться в ее квартире, когда она попросила меня уйти? Я и так заставляю ее нервничать.

И мне все равно нужно потерять интерес к этой женщине. Она человек. А это значит, что не для меня, если только я не хочу быстро потрахаться.

О судьба, я точно хочу быстрого траха.

Мой волк рычит. Он хочет большего. Гораздо большего.

Лежать, парень. Этого не случится.

Эмбер

— Посмотри на все эти красивые цвета, — кричит Фоксфайр, перекрикивая шум музыки. Она медленно поворачивается на барном стуле за нашим столиком, согнувшись пополам и смеясь. Затем протягивает руку за моим напитком.