Широкие плечи, сильная грудь, переходящая в тонкие бедра, мощные бедра. Либо он тренировался каждое утро, либо использовал магию, чтобы сделать свои мышцы сильными и гладкими, ровными и хорошо сформированными. Он мог быть статуей, вырезанной мастером, но при виде его скульптор,ей хотелось выдохнуть от совершенного вида.

И все же, несмотря на всю свою потустороннюю красоту, он выглядел как мужчина, грубые волосы покрывали его твердые бедра и грудь. Он был похож на старого правителя. Ему нужна была только корона. Если люди не дадут ему одну, он ее возьмет.

И он был ее. Он сказал, что она принадлежит ему, но это было обоюдно, верно? Он мог передать ее подчиненному или заставить Шаро наказать ее. Но он никогда не позволил бы другому мужчине прикоснуться к ней. Он хотел ее для себя. Ей нужен был знак того, что она что-то значила для него - было ли это здесь все время, присущее его собственнической натуре?

Ей оставалось только надеяться. Потому что она терялась с ним.

-Ляг и раздвинь ноги.

Теперь она хотела его внутри себя. Ей хотелось обнять его руками и ногами и прижать их тела друг к другу. Она хотела, чтобы он отчаянно нуждался в ней, чтобы наверняка знал, что он так же потерян, как и она.

Но вместо этого она сделала, как он сказал, легла на кровать и с нетерпением открылась ему.

Он не торопясь уложил ее, притянул к краю кровати, точно наклонив ее ноги. Черт побери его контроль. Но все это того стоило, когда он наконец перелез через нее.

-Руки над головой.

Она подняла руки. Все, что могло бы его сдвинуть. Но она должна была знать, что Маркуса ничто не может поторопить. В этом был смысл, не так ли? Чтобы она полностью ему уступила. Его выбор. В свое время.

И когда он, наконец, наконец вошел в нее, первое медленное движение его члена снова привело ее к краю, ее ранее отрицанный оргазм снова вернулся.

Он вошел в нее, и она затаила дыхание, ее тело напряглось. Все в ней было сосредоточено на медленном, плавном скольжении его члена, входящего в нее, облегчая боль и одновременно разжигая его. Она лежала дрожа, пустой сосуд ждал, чтобы его наполнили.

Ее ноги и спина напряглись, соски затвердели, а пальцы на ногах скрутились, когда толчки Маркуса привели ее к оргазму. Он двинулся над ней, и щелчок его бедер поднял ее вверх по кровати. Она схватила его за плечи, хватая и поглаживая сжатые мышцы, с такой великолепной силой под своими ладонями.

Он остановился и просунул руки под ее ягодицы, обхватив ее задние щеки большими ладонями и притянув к себе. Под новым углом его лобковая кость задела ее клитор, и она подавила стон. Черт, она была близка, ее кульминация, как товарный поезд, нёсся к ней, неумолимая сила вот-вот ударит ...

Он остановился. Вытащил. Отступил назад и оглядел ее вздымающуюся плоть, словно мебель.

-Маркус. Пожалуйста.

Он взял себя в руки, сжимая свой член в кулаке с ее собственной слизью в качестве смазки. Он смотрел на нее прикрытыми глазами.

-Потрогай себя. Потяните за соски.

Она потянула себя за грудь, мгновенно повиновавшись. Все, что угодно, чтобы вернуть его. Что-нибудь.

Удовольствие захлестнуло ее, но этого было недостаточно. Без Маркуса этого никогда не было бы достаточно.

-Наказание, - напомнил он ей, и ужас охватил ее. Он насмехался над ней, прикасался к ней, дразнил ее. Он бы трахал ее вечно и никогда не позволял кончать. Он знал ее тело и овладел им.

-Пожалуйста, - прошептала она,- Мне это надо.

Он не стал ее наказывать, поэтому она продолжила.

-Ты мне нужен. Маркус, пожалуйста.

-Встань на четвереньки.

Он едва отдал команду, как она вскарабкалась на место. Голова вверх, спина изогнута, низ поднят, как он ее учил. Кровать скрипнула под его весом, а потом ...

Он врезался в нее.

Да!

Его бедра врезались в нее в восхитительном ритме. Рывок за горло сказал ей, что он схватил ее за поводок. Он был нежным, но напомнил ей, что она принадлежит ему.

-Моя прекрасная дорогая, как хорошо ты умоляешь.

Еще один красивый толчок. И другой.

Ее оргазм взорвался, как бомба, тихий взрыв, вздымающееся грибовидное облако на фоне заката. Ее конечности ослабели, тело содрогнулось от толчков оргазма, который она так ждала.

В конце концов, она склонилась, положив голову на предплечья, а попу подняла вверх, когда он ударил ее сзади. Наконец он зарычал и кончил.