Отвлекшись на лицезрение Мэл в образе соблазнительницы, явившейся сюда явно не по мою душу, я забываю на время про Пикота, сверля ее диким взглядом, который ей хорошо знаком. Мэл перестает лупить меня и пытаться оттащить от поверженного любов… Нет. Не могу даже мысленно это сказать.

– Какого черта ты сюда приперлась в таком виде? – ору я, и в этом момент сукин сын Пикот неожиданно оживает и наносит мне удар в висок. Мэл кричит что-то, но я не разбираю слов, теперь она пытается остановить Брайана, но тот толкает ее в сторону, собираясь вернуть себе превосходство. Удар меня ненадолго глушит, я оступаюсь, и ублюдок заносит руку, но я ловлю его кулак на полпути, ломаю запястье любимым приемом Стивена Сигала. И Брайан со стоном сгибается, падая на одно колено.

– Хватит, Джаред, хватит. Уходи, пожалуйста, – в ее голосе отчаянные нотки, и я снова смотрю на нее, продолжая удерживать сломанное запястье Пикота.

– Я тебя защищаю, дура, – рычу я на Меланию.

– От кого? Если от кого-то меня и нужно защищать, то от тебя, Джаред. Только от тебя.

Я отшвыриваю Пикота в сторону, надвигаясь на Мэл. В ее глазах ужас и страх. Наверное, я все это заслужил. Я поднимаю руку, и она дергается, вздрагивая всем телом, отворачивая от меня лицо. Сердце замирает, на миг прекратив свой бешеный бег. Она думала, что я ударю ее. Думала, что ударю… От напряжения мои скулы начинают болеть, струйка крови стекает вниз по подбородку. Я нежно касаюсь кончиками пальцев ее волос.

– Melegim, скажи, что он соврал. Что это не правда… – мой голос звучит хрипло из-за охватившего меня волнения. – Скажи, что ты не спала с ним.

– Как всегда, Джаред, больше всего на свете тебя волнует не тронул ли кто-то твою собственность. Но я не твоя. Не твоя. Пойми…

– Скажи мне, – резко произношу я, хватая ее за подбородок и поднимая лицо, так, чтобы она не смогла отвести взгляд. Я пойму, если соврёт. Увижу.

– Джаред, – пискнула Мэл, когда я сильнее сжал пальцы, она схватила за мое запястье.

– Просто скажи правду.

– Когда тебе нужна была правда, Саадат? У тебя она всегда своя.

– Мэл, – я наклоняясь так, что наши дыхание смешивается, моя кровь капает на ее блузку. Ненавижу ее за то, что она вырядилась так для Пикота. Маленькая сучка. Я почти уверен в том, что она собиралась сделать.

– Правду, Мэл, – сквозь зубы произношу, едва сдерживая внутреннего зверя, который снова бьет хвостом, крича, что я не должен спускать ей подобное поведение. Наказать, поставить на колени, показать, кто владеет ею. Безраздельно. Бесконечно.

– НЕ было ничего, – едва слышно бормочет она, ресницы ее дрожат, я вижу, как в уголках глаз набегают слезы. Они стекают по щекам, и я отпускаю ее скулы, стирая влагу кончиками пальцев.

– Я верю тебе, melegim, – шепчу я, чувствуя, как болезненное напряжение отпускает меня. Я смотрю в аквамариновые глаза, которые по-прежнему отвергают меня, видят во мне врага и тирана, но они не лгут.

И никогда не лгали.

Я и представить себе такого не могла, когда проснулась утром. Когда засыпала вчера, и придумывала очередной план по исцелению своего сердца от Джареда Саадата. Да, я направлялась к Брайану, не чтобы отчеты ему сдать и выпить чаю. А была полна решимости заняться с ним сексом и убедиться, что в этом мире есть хоть кто-то, кто способен дать фору и затмить Джареда. Глупая, но я действительно на это рассчитывала.

Я хотела… доказать Джареду, самой себе, что все, что я сказала ему вчера – правда. У нас с Брайаном есть будущее, и оно должно начаться прямо сегодня. Но на самом деле я только обманывала себя, пыталась убежать от вновь нахлынувших чувств к Джареду, которые снова разрывали мне сердце.

Очистить, избавиться, стереть, вырезать… как угодно. Чтобы не было больше больно. Но Джаред, как чувствовал. И черт возьми, я даже благодарна ему за то, что он нарушил мои планы. И в то же время, внутри меня бушует злость, непонимание, и страх. Потому что в глазах Джареда, когда он берет меня за подбородок и требует сказать ему правду, я вижу не его, а Адама Саадата. А Адам никогда не верит словам, чтобы я не говорила. Ревность ослепляет его разум, и он становится совершенно неуправляемым.

Хотя Джаредом все равно невозможно управлять, манипулировать, и как-либо влиять на него. Мне было так страшно, что он не поверит мне, опять не поверит… и убьёт Брайана прямо на месте, а потом и меня.

Его глаза кричат о том, что сейчас он действительно способен на убийство. Я задыхаюсь, в то время, как его ревность, одержимость и желание во взгляде, сводят меня с ума. До мурашек по коже, этот взгляд собственника – неприкрытая демонстрация полной власти надо мной, перед полностью обездвиженным соперником.