— Ваша комната, мисс Доусон, — Мустафа открывает передо мной одну из дверей внутри главного здания дворца и первой пропускает меня в новую обитель. Признаться, я думала, что буду жить где-то рядом с детьми, возможно, в одном из коттеджей резиденции, поэтому роскошная спальня под боком у наследника не входила в мои планы. — Если вам что-то понадобится, просто наберите кнопку вызова прислуги, — Мустафа оставляет небольшой планшет на журнальном столике из красного дерева, поверхность которого украшает букет белых орхидей, заключенных в высокий литой золотом кувшин. Обнадеживающе улыбнувшись мне, водитель поспешно выходит из комнаты, оставляя меня наедине с благовониями, насквозь пропитавшими пространство комнаты, и броской, свойственной арабскому стилю роскошью, от которой с непривычки кружится голова. Точнее кружится она от слишком резкого цитрусового запаха — с ароматами Искандер или его учтивая прислуга перегнули палку. Не в силах терпеть приступы тошноты, подхожу к окну и, с трудом раскрыв тяжелые бархатные портьеры, ставлю оконную дверцу в режим проветривания помещения. Внимательным, изучающим взглядом медленно рассматриваю раскинувшиеся передо мной просторы, а именно внутреннюю часть территории резиденции принца. Мне важно все, до мельчайшей детали. То, что я вижу, выглядит как искусственный Эдем: пышные пальмы контрастируют с завезенными в Асад цветными кустарниками; вычурные фонтаны, расставленные по всей территории необъятного моим взором сада, украшают выложенные песчаные, в тон дворцу, каменные дорожки. То, что я вижу, мне определенно нравится, но красота и мое ощущение погружения в арабскую сказку отходит на второй план, когда я замечаю несколько внушительных жилых помещений на территории Искандера Аль-Мактума. Очевидно, в одном из них Дерек как раз и приютил пострадавших детей, за которыми мне предстоит следить, постепенно исцеляя их души. Вот только один вопрос никак не дает мне покоя: какого черта Искандер поселил меня в свой замок, а не в дом для гостей? Почему я, обычная девушка, фактически представительница другой страны, удостоена жить в одном доме с самим принцем Анмара? Уму непостижимо, но мне рано делать выводы из поступков Искандера: остается только наблюдать за происходящим и анализировать его поведение — так, на всякий случай. Профессиональная привычка.

В момент, когда я понимаю, что львиная доля неприятных ароматов выветрилась, я возвращаюсь в спальню для того, чтобы переодеться в длинное, закрывающее колени и плечи платье. Я вечно мучаюсь с замком на его спине, и как раз в ту секунду, когда завожу две ладони назад, пытаясь закрыть молнию платья до конца, содрогаюсь от настойчивого стука в дверь — не дождавшись моего ответа, в спальню заходит Искандер, заставая меня в неловком и немного уязвимом положении.

— Прости, — хриплым голосом произносит Искандер, не сводя с меня пристального взгляда. — Я не привык предупреждать о своем визите. Обычно я сам принимаю визитеров. Но я хотел убедиться в том, что Мустафа хорошо тебя принял, и ты добралась до Анмара в хорошем расположении духа. Надеюсь, ты долетела с комфортом? — чуть задрав острый подбородок, интересуется Искандер, ненавязчиво напоминая мне о своем скромном «крылатом» даре. Самолет и правда был потрясающий, я впервые спала на ортопедической кровати в полете.

— Проспала почти всю дорогу, ваше высочество, — сцепляю руки на талии, оставив попытки застегнуть упрямое платье. Чувствую себя неловко, но не избегаю внимательного взгляда Искандера, которого впервые вижу в национальной одежде — он облачен в тёмно-синюю кандуру, не скрывающую проработанные рельефные плечевые мышцы и напряженные бицепсы, которые обычно облегает пиджак из плотной ткани. Я прекрасно понимаю, какими глазами на него смотрят все женщины — принц красив, умен и создает впечатление сильного, способного держать в надежном кулаке страну, человека. На первый взгляд Искандер Аль-Мактум не имеет изъянов, как внешних, так и внутренних — судя по его рьяному желанию помогать детям и беспокойству о будущем Анмара, он станет достойным правителем.

Искандер «крепкий орешек», и, несмотря на то, что я больше не агент ЦРУ, я не могу избавиться от привычки изучать личность, стоящую передо мной, с целью выяснить, какое содержимое скрывается за твердой и внешне идеальной «скорлупкой».

— Почему вы сделали для меня исключение и пришли сами? — интересуюсь я, наблюдая за тем, как Искандер медленным шагом преодолевает расстояние между нами. С каждой секундой он все ближе и ближе, и я ощущаю, как струны души внутри меня болезненно натягиваются и вспыхивают огнем, обжигая сердце.

Я наедине с другим мужчиной, в закрытой спальне. В чертовом платье, которое начнет слетать с моих плеч, если немедленно не застегну его. Джамалю бы это не понравилось… но он мне не муж, чтобы я переживала о его мнении, не так ли?

— Глупый вопрос, Эрика. Учитывая то, что произошло между нами после премьеры мюзикла, — лукаво ухмыляется Дерек, замирая на расстоянии вытянутой руки от меня. В светлых глазах вспыхивает желание, напоминающее мне о довольно горячих поцелуях, которые я позволила принцу. — И я разрешаю тебе обращаться ко мне без лишних формальностей и приставки «ваше высочество», — поправляет меня

Искандер, и я выдыхаю с облегчением, когда понимаю, что мне не нужно будет постоянно контролировать себя, обращаясь к, принцу.

— Ты мне нравишься, Эрика, — не моргая, непоколебимым тоном заявляет Искандер, и я замечаю, как его светлые глаза меняют цвета, приобретая стальной оттенок. — Как человек и как женщина. Я не хочу давить, но тебе не избежать моего внимания, — Искандер обольстительно понижает голос и обходит меня вокруг оси, останавливаясь за моей полуоткрытой его взору обнаженной спиной. Я чувствую его взгляд, обволакивающий каждый позвонок по бегущим вдоль них мурашкам. — Ты мне позволишь? — я медленно киваю, не в силах произнести ни слова. Затаив дыхание, я слегка сжимаю кулаки, поборов внутреннее желание отказать наследнику.

Говорить «нет» принцу Анмара — не лучшая затея, учитывая обстоятельства, при которых я здесь оказалась. У меня есть определенные задачи, которые я еще обязана выполнить, и я не уеду с этой земли, пока не спасу как можно больше детей, а главное девочку, которая никак не покидает мои мысли и сердце — Эмили.

Слегка вздрагиваю, когда ощущаю, как Искандер прикасается к молнии платья и медленно ведет замок вверх, намеренно прикасаясь к моей коже. Но дрожу я не от наслаждения, а от ярких, вспыхивающих перед внутренним взором воспоминаний об эпизоде в моей жизни, когда мой истинный сайиди проделывал с молнией на моем платье похожее действие — только вел ее вниз, открывая своему голодному взгляду мое тело.

— Ты не надела трусики, Рика, — стучит в висках низкий, полный желания взять меня, голос Джамаля. Тот вечер, проведенный в его мастерской, невозможно забыть, стереть из памяти. Оковы, в которые он заковал меня, подвесив в беззащитной позе, и божественно сладкие дразнящие движения кистью по самым чувствительным местам… черт, с кем бы рядом я ни находилась, хоть с самим принцем Анмара, каждая моя мысль принадлежит Джейдану.