— Я бы не спешил с выводами, Амиран, — подает голос Мердер. — Попробуем мыслить логично. Досье Кирама Наджи показывает, что у него не было мотива угрожать жизни Алисии. Если задаться вопросом: что заставило положительно характеризуемого руководством работника и порядочного семьянина столкнуть жену наследника с обрыва именно в день смерти короля? И еще одно совпадение, которое наводит на мысль, что мы имеем дело с одним преступным организационным центром — Кирам Наджи, как и ранее Фаиль Хассан, причастный к теракту на платформе, покончил с собой. Вероятно, таков был замысел и приказ заказчика. Больше, чем уверен, что имел место шантаж. То же самое я подозревал в случае с Зарифом Захимом. Звонок Хамдану был своего рода криком о помощи.

— Рахат аль-Бассам начал давать показания? — выслушав Колмана, перевожу фокус внимания на генерала.

— Изучив совместно с адвокатом доказательную базу, Рахат написал признание в организации теракта на озере, — докладывает Джамаль. —   Его сын арестован, как соучастник, а дальнейшая судьба остальных членов семьи решится в ближайшее время.

— Что с другими обвинениями?

Генерал отрицательно качает головой.

— Этого и следовало ожидать, — бросает реплику Мердер.

— Зарина? — сухо спрашиваю я, не вдаваясь в пояснения. Генерал понимает без лишних слов.

 — Она сильно напугана, находится в стрессовом состоянии, но причастность к отравлению короля категорично отрицает.

— Продолжайте допросы. Она должна заговорить, хотя бы ради будущего детей и внуков. Или политические амбиции отца ей дороже?

— Показания Зарины не повлияют на будущее детей и внуков, Амиран. Фактов, указывающих на её вину, достаточно для обвинения, суда и казни, — сухо отвечает генерал. — На момент, когда король потерял сознание, Зарина присутствовала во дворце, на её одежде и руках найдены следы токсического вещества, идентичного тому, которым был отравлен правитель, — озвучивает Джамаль Каттан уже известные мне факты.

После тщательных исследований было установлено, что яд попал в организм отца через дыхательные пути. Эксперты выявили, что источником отравления являлась одна из любимых кубинских сигар отца, которыми он любил баловаться перед сном. Оставшиеся девять сигар в коробке оказались абсолютно безвредны. Данный факт указывает на то, что Арьян мог выкурить отравленную сигару в любой другой вечер. Ему не повезло. Рулетка сработала с первого выстрела. Не без помощи его жены. Зарина не отрицает, что по требованию короля подала ему сигару, но упорно настаивает, будто не знала, что та была отравлена.

— Искандер аль-Мактум накануне вечером наносил визит брату, — произносит Мердер, привлекая мое внимание.

— Тоже думал об этом, и считаю, что это подозрительное совпадение, — задумчиво отзываюсь я. —  Что у тебя по Искандеру, Каттан? — перевожу взгляд на генерала.

— Его проверили, — быстро отвечает Джамаль. — Против Искандера ни одной улики. Доступ к телу и личным вещам Арьяна имелся только у жены.

— Поставщика сигар проверили?

— Все товары, прежде чем попасть во дворец, проходят досмотр и экспертизу. То, что заражение ядом произошло на территории резиденции, не подлежит сомнению.

— Прислуга, охрана, приходящий персонал? — перечисляю я.

— Причастность не доказана, — отрицательно качает головой Каттан.

— Я уверен, что на тебя тоже готовится покушение, Амиран, — делает внезапное заявление Мердер. — Склоняюсь к версии, что нападение на Алисию имеет прямое отношение к плану Рахата аль-Бассама.

— Что им дает гибель Алисии? — задаю логичный и самый волнующий меня вопрос.

— Исключает малейшую возможность продолжения рода. Уничтожив короля, приемника, его жену, аль-Бассам открывает себе прямой путь к власти.  Если бы его замысел удался, то претендентами на престол остались только сыновья старшей дочери Зарины.

— Наблюдение за аль-Бассамом велось круглосуточно, — внедряется в разговор генерал, ища оправдание случившемуся. Но я пока не выдвигал никаких обвинений. Расследование велось с моим участием. Я точно так же несу ответственность, как и глава АРС.  — Мы отслеживали все его контакты, телефонные звонки. Не было ни малейших подозрений в том, что шейх планирует убить короля руками его жены.

— Вероятно потому, что подготовкой и организацией убийства занимался не аль-Бассам лично, — быстро выдвигает очередную версию Мердер.

— Ястреб? — произношу единственный имеющийся вариант.

— Да, — кивает Колман. — Наш неуловимый ключевой свидетель и координатор преступлений — Якуб Салах.

— Иными словами, опасность для меня и моей жены остается?

— Всё зависит от указаний, которые получил Ястреб от аль-Бассама, — сдержанно сообщает генерал.

— Так заставьте его заговорить.

— Мы все для этого делаем, эмир.

— Значит недостаточно! — рявкаю я.