— Я вращаюсь в богемных кругах. А к нам на огонёк, как известно, слетаются самые разные люди. Многие из них неприлично богаты. Ты кто угодно, но не бедствующий художник в поисках музы. Кстати, куда мы едем? Это ты можешь мне сказать? — посмотрев в окно, с тяжелым вдохом уточняет девушка.

— Мы на месте, Тея.

— Это же… Нам точно туда? — в голосе Алатеи отчетливо звучит сомнение. Вряд ли она могла не узнать старейший в России и крупнейший в мире астрономический комплекс с поражающим воображение куполовидным зданием.

— Абсолютно, — утвердительно киваю я, покидая салон автомобиля. Обхожу его и галантно открываю перед ней дверь. Девушка в замешательстве вглядывается в мое лицо, выискивая подвох, потом смотрит на циферблат моих наручных часов, оказавшийся на уровне ее глаз. — Разве Планетарий не закрыт?

— Закрыт, — подтверждаю я и таинственно улыбаюсь. — Но не для нас.

— Я все больше убеждаюсь, что ты сумасшедший, — немного обескураженно произносит Тея, грациозно выскользнув из машины. — Ты ее арендовал? — она имеет в виду Тойоту в то время, как смотрит только на меня.

— Если я скажу, что украл, снова будешь угрожать полицией? — беззлобно подтруниваю над «мисс очевидность».

— Любая здравомыслящая девушка именно так бы и поступила, — в ярком свете фонарей, ее глаза сверкают ярче самых крупных звезд во Вселенной.

Меня вновь кроет воспоминаниями, и я словно возвращаюсь в прошлое, скидывая пару десятков лет. Ее парфюм, заглушаемый в тесном салоне сотней благоухающих роз, вырывается на свободу, пьянит, обволакивает, проникает в меня, погружая разум в эйфорическую нирвану.

Я снова вдыхаю полузабытые, едва уловимые фруктовые нотки клубники и амбры с легким акцентом древесных и терпких нот, ощущая себя влюблённым до одури мальчишкой, как огня, боящегося своих чувств. У нее даже парфюм тот же, я узнаю его из тысячи.

Прости, Ми, что не уберег. Прости, что сжег в этом пламени нас обоих.

Хлопок закрывшейся автомобильной двери отрезвляет, резко возвращая меня в реальность. Я рефлекторно сжимаю утонувшие в моей ладони пальцы, и мы одновременно вздрагиваем, изумлено уставившись друг на друга. В ее глазах растерянность и шок. Ее шарахнуло так же сильно, как меня?

— Больше не хочешь убежать от меня? — низким голосом спрашиваю я.

Кожу ощутимо покалывает в местах соприкосновения наших рук, горячие импульсы волной расходятся по венам, и я чувствую то, чего не испытывал очень давно. Одержимое желание обладать. Дикое возбуждение. Животная похоть. Сексуальный голод. Они обрушиваются на меня так внезапно, что я на мгновение теряю контроль. Сжимаю ее ладонь крепче и порывисто тяну на себя. Облизываю пересохшие губы и заворожённо смотрю, как она повторяет за мной. Меня торкает не по-детски, обнажаю зубы в оскале и едва не рычу, как зверь, чьим именем я назван.

— Хочу, — рвано выдыхает Алатея, вырвав пальцы из моей хватки, и инстинктивно отшатывается назад. — Сбежать, — заметив хищное выражение на моем лице, добавляет она дрогнувшим голосом. — И как можно дальше. Ты меня пугаешь, Дэмиан, — признается с подкупающей откровенностью.

— Тебе нечего бояться, Тея. Приласкай, и я буду есть с твоей руки, — растягиваю губы в обольстительной улыбке, обычно действующей на женщин подобно сильнейшему афродизиаку.

— Хм-м, по-моему, ласки не входили в наш договор, — искрометно парирует Алатея, не поддавшись на мои чары. — Но так и быть, обещаю не кусаться, если ты не будешь пожирать меня глазами.

— Принято, — с усмешкой соглашаюсь я.

— Что мы здесь делаем, Дэмиан?

— Я обещал, что отведу туда, где не существует времени.

— Что ж, отдаю тебе должное. Более оригинального свидания у меня точно не было, — качает головой Алатея, рассыпая по плечам густые белокурые локоны.

Теперь я могу ее рассмотреть в полный рост и одержимо наверстываю упущенное. Она потрясающе сложена и ослепительно прекрасна. Повседневная одежда ничуть не скрывает ее природную привлекательность и царскую осанку. Эта девушка с феноменальной королевской статью и утонченной аристократической красотой. Напрашивается вопрос: откуда взяться этим качествам в артистке из музыкального акробатического шоу?

Согласно тщательно изученной анкете, у Алатеи Граф самая обычная семья, никаких аристократов в роду нет и никогда не было. Отец всю жизнь проработал строителем и давно умер, мать тяжело больна и три года не вылезает из клиник, а девчонка колесит по миру с гастролями, зарабатывая на дорогостоящее лечение, потому что родители не оставили ей ничего, кроме долгов. Я не раз был свидетелем тому, как доведенные до отчаянья люди готовы пойти на всё ради благополучия своих близких: совершить преступление, украсть, предать, убить, сменить внешность…

— Пойдем? — я протягиваю ей руку, но она предусмотрительно игнорирует мой жест и, горделиво расправив плечи, следует за мной.