— Ты многого не знаешь, Кенна! — наконец не выдержал Гаспар. — Разве тебе не больно, когда ты видишь это? Как… как после всего того, что ты видишь сейчас, ты можешь продолжать любить его? Даже после его смерти?! — он хлопнул руками по рулю и сделал крутой поворот налево, проезжая указатель, на котором было написано «Монте-Карло». — Ведь это я всегда был Р-Я-Д-О-М!

Я не ожидала, что он выскажет мне все, что накипело в его душе. Мы же были любовниками. Спали в одной постели. Это было всего три раза, но сейчас, мне кажется, что этого вовсе не было. Брэндан полностью стер с меня каждое касание Гаспара и теперь я была отдана только ему.

Наши взгляды встретились в зеркале заднего вида. Я долго искала, что ответить Гаспару, но наконец ответила цитатой из старинной книги, которую прочитала в одну из скучных ночей в замке Брэндана:

— «От того, что человек умер, его нельзя перестать любить, черт побери, особенно если он был лучше всех живых, понимаешь?».

А потом я закрыла лицо руками, прислушиваясь к тому, как презрительно Гаспар фыркнул в ответ.

— Лучше всех?! Этот Ирод перерезал всю свою семью ради власти. Знаешь, я был даже удивлен, когда узнал, что принцесса Меридиана живет в замке. Я уверен, что если бы он остался жив, она была бы следующей, кто попалась бы под горячую руку этого ублюдка…

Я заткнула уши, чтобы не слушать его дальнейшие обвинения в сторону Брэндана. Я больше не знала, где правда, где ложь. Единственное, что я хотела, это не думать о нем плохо. Но слова Мэри, однажды сказанные ею, так и крутились по уставшим извилинам.

«Еще как посмеет. Не со мной, но сделает. С ребенком. Он убьет Даниэля… с позором.»

Когда мы остановились у отеля, в котором планировали переночевать, на улице уже царила непроглядная тьма. Путь до фермы был очень неблизок, и я понимала, что Гаспару нужно несколько часов на сон. Про себя я молилась, чтобы он позаботился о том, чтобы нам дали раздельные комнаты.

— Я могу рассчитывать на твое благоразумие? — отрывисто спросил он, помогая разместиться мне в своей комнате. — Пятнадцатый этаж, ты будешь заперта. Я бы конечно предпочел остаться здесь с тобой и охранять твой сон…

— Нет, — слишком быстро и резко произнесла я, надеясь на то, что он не видит нарастающей паники в моих глазах. — Я… люблю спать одна. С тех пор… как эти люди в замке, пытали меня…

Гаспар прищурил серо-зеленые глаза и коротко кивнул мне. Я собиралась присесть на кровать и спокойно дождаться его ухода, как вдруг он схватил меня за руку и развернул к себе, не притягивая. Но я чувствовала, как он этого хотел.

Он был слишком нерешителен. Меду нами никогда не было искры страсти, только дружба и нежность.

Или… все нормальные мужчины ведут себя так, и это мое больное воображение возвращает меня к Брэндану который в первую же нашу встречу, полез рассматривать мои бедра? Только спустя время, я поняла, что он искал на мне королевскую метку.

А она оказалась спрятана даже от меня самой.

Гаспар сделал очень вялую попытку притянуть меня к себе, но я одернула руку.

— Гаспар, спасибо, что ты везешь меня домой. Я очень благодарна тебе за это. Я благодарна тебе за то, что ты всегда был рядом и оберегал меня. Но… — «Ты дал мне в руки яд, которым я, возможно, убила Брэндана.»

Только об этом я не сказала.

— Ты потерял мое доверие, когда признался в том, что все эти годы обманывал меня. Ты мог бы рассказать всю правду, как только мы познакомились, но ты скрывал. Да, ты был верен стране и закону, но в таком случае у меня напрашивается только один вывод — ты недостаточно любил. Недостаточно любил меня, чтобы пойти против долга.

У Гаспара отвисла челюсть, когда я наградила его этой тирадой и жестом вновь указала ему на дверь.

Брэндан тоже не смог пойти наперекор крови и отказаться от той девушки, в чьих венах якобы текла королевская кровь. Кто же она была? Принцесса какой страны? Этого я не знала да и не хотела знать.

Брэндан предпочел страну, власть, а не меня. Но он хотя бы никогда не скрывал этого.

Кем ты себя возомнила, девочка?

Все верно. Я — никто.

И теперь я еще более одинока и потеряна, чем тогда, когда потеряла память. Чем тогда, когда была в темнице, и тогда, когда была игрушкой Брэндана.

Теперь я действительно не знала, что я хочу найти, когда вернусь в замок Англии. Наверное, я бы зарылась в рубашки Брэндана и провела бы там неделю, часами вдыхая аромат его кожи.

Его пота, который напоминал бы мне о каждой капле, которую я ловила губами.

Я бы трогала его вещи, представляя, как он к ним прикасался.

Как он прикасался ко мне так, будто я была ему предназначена.

***

Когда рассвет слегка коснулся неба и я услышала звук открывающейся двери в своем номере, я уже мысленно нарисовала себе образ Гаспара. Обернувшись, я поняла, что так и есть — в сумраке передо мной стоял высокий человек в военной форме.

Я пропустила вдох, когда поняла, что позади него стоят еще с десяток людей в мундирах. Я подпрыгнула на кровати, попытавшись закричать, но к моему лицу приложили тряпку, насквозь пропитанную мерзким химическим запахом.