Слегка встряхиваю головой, возвращая себя к делу. Но мое внимание вновь отнимает еще один яркий фактор, который я заметил не сразу. Лишь подходя ближе к Эльзе, я замечаю то, что заставляет меня отпрянуть.
В момент, когда девушка перекидывает свои волосы вперед, она открывает мне больше вида на свою спину. Часть ее великолепной кожи покрыта далеко не эстетичными буграми, какие бывают от ожогов высокой степени. Очевидно, из-за них, девушка набила себе несколько татуировок, и самая яркая из них — это раскрытые крылья на ее лопатках.
Черные крылья и платиновые волосы — она похожа на падшего ангела, сгоревшего в огне и восставшего из пепла. Или на жар-птицу.
Внезапно виски мои пронзает такая дикая боль, что мне приходиться опереться ладонью на ближайший диван.
«Их тела невозможно опознать, сэр. Огонь не оставляет следствию шансов. Тем не менее, мы нашли то, что подтверждает их гибель»,— в голове раздается голос прокурора, переносящий меня на годы назад.
Нет. Только не это. Я не хочу туда. Это в прошлом.
— Откуда они? — просто подхожу к Эльзе я, выдыхая в ее затылок. Она вскрикивает от испуга, подпрыгнув на месте, замечая мое отражение в зеркале.
— Что ты здесь делаешь, совсем спятил? — искренне негодует девушка, подрагивая в моих руках. Ее кожа мгновенно превращается в поле для мурашек, демонстрирующих ее уязвимость. Я накрываю рот Эльзы ладонью, когда она вновь пытается вскрикнуть. Нам ни к чему свидетели.
— Дыши, — почти убаюкивающим тоном прошу ее я, утыкаясь носом в висок мисс Эймс. Волосы девушки щекочут ноздри, запах карамели вновь кружит голову, не отдавая при этом приторностью. Наоборот, обволакивает уже знакомой мне дымкой. — Прости, я не хотел тебя напугать. Дыши. Просто дыши.
К моему удивлению, Эльза не вырывается, а присушивается к моему голосу. В какой-то момент, мне кажется, что мы всецело синхронизируемся, наши грудные клетки двигаются в едином ритме, а сердца бьются в такт друг другу. Энергия сумасшедшего внеземного притяжения примагнитила нас настолько, что отлипнуть сложно.
Я держу ее в объятиях дольше, чем следует.
Дольше, чем какую-либо другую женщину за последнее время, а я даже не глубоко в ней и держать мне ее не имеет смысла.
Но я держу, и словно тысячи невидимых уз, откуда — то взявшихся между нами сплетают наши тела в дьявольские силки.
Почему дьявольские? Потому что я не могу найти им объяснения, и игнорировать не могу. Ничего сделать с ними…тоже не могу.
Тщательно разглядываю область обожжённой кожи. Она действительно хотела скрыть этот «дефект» татуировками, и я даже представить не могу насколько это больно — обугливать лазером и без того обугленную огнем кожу. Эльза олицетворяет собой открытую рану, и я не понимаю, зачем она причинила себе столько боли. Любой тату-мастер мог бы заранее объяснить ей, что скрыть такие ожоги полностью все равно невозможно. В какой-то степени, так, они даже больше бросаются в глаза.
Эльза не вырывается. Не кричит. Ее широко распахнутые глаза обращены на меня, и я на мгновение ныряю в их глубины. Ненадолго, всего на секунду, потому что в следующую, взбалмошная стерва ударяет меня локтем в область солнечного сплетения. Этого достаточно, чтобы я ослабил хватку, ощутив потеряю контроля над своей силой. Только мышечный корсет спасает меня от дикой боли, но у девушки теперь есть фора и шанс показать свою профессиональную подготовку.
Демонстрируя пару приемов из восточных единоборств, она перехватывает меня ловким образом, скручивая мои запястья за спиной. Видно, что не прикладывает силы, лишь демонстрирует то, что в сложной ситуации может за себя постоять.
— Я могла бы уложить тебя на лопатки, не сомневайся, — закончив оборонное шоу, она резко отпускает меня, оскалившись, как разъяренная львица. Взмахнув волосами, быстро накидывает на себя халат, завязывая пояс. — Что ты тут делаешь, решил подработать стилистом? Мало мне рыжей колючки?
— Здорово ты меня, — проводя по запястью, ощущаю легкую боль в суставе. Кайфовая девочка, ничего не скажешь. — Может все-таки скажешь, где и когда ты такие зубки отрастила? Это приемы из спец служб, — пытаюсь прочитать ответ в ее глазах, но они остаются светлыми и прозрачными, упорно хранящими свои секреты.
— У нас уже тысяча первая встреча, а ты задаешь один и тот же вопрос.
— Готов задать и тысяча второй.
— Валяй, а я тысяча третий раз покажу тебе, что у меня есть личные границы — как физические, так и ментальные, переходить которые не стоит. Босс, — с вызовом выплевывает последнее слово.
— Хорошо, что ты не забыла, о том, кто я. Если я благосклонен к тебе, Эльза, это не значит, что так будет всегда. Не испытывай мое терпение и сбавь тон.
— А жаль. К хорошему я привыкаю быстро. Но в примерочную можно было и постучать. Тоже мне, VIP сервис от Dior, — в ее голосе звенит откровенный сарказм.